"Бывалый"

Евгений Моргунов рос без отца, рано начал работать, любил петь и играть в футбол. Позже сам актер вспоминал о своем детстве: «Меня поставили в ворота, так как я занимал в них значительное место, к тому же был очень подвижным, ведь у меня не всегда был такой живот, с каким я снимался в кино. Кроме футбола, моей радостью была почетная грамота, которую я получил «за самоотверженный труд» на заводе, хотя и не подозревал, что тружусь так здорово, просто работал, как и все, по двенадцать часов в сутки. В общем-то, счастливое детство обошло меня стороной. Я стал бы Утесовым, если бы родился раньше него. Играя на сцене клуба, увлекался самодеятельностью и вообще хотел посвятить жизнь искусству. В кино ходил часто, но только на утренние сеансы, легче было купить билет за двадцать копеек. Для этого прогуливал школу. Я и стал артистом из-за того, что учился неважно. И еще, наверное, потому, что жил без отца. Не было человека, который мог бы хорошенько выпороть меня и поставить на правильный путь».

В годы войны четырнадцатилетний Евгений обтачивал болванки для артиллерийских снарядов на заводе «Фрезер». А в 1943 году Евгений написал письмо Сталину, в котором сообщил, что хочет стать актером: «Уважаемый Иосиф Виссарионович, примите меня в искусство. Я рабочий Сокольнического вагоноремонтного завода СВАРЗ, болваночник, хочу быть в искусстве, участвовал в самодеятельности, работал в массовке на «Мосфильме». Но директор нашего завода препятствует этому стремлению. Я хочу быть как Станиславский, Немирович-Данченко». И случилось невероятное. Директор завода получил из Кремля ответ: «Направить товарища Моргунова Е.А. для поступления в театр имени Таирова в качестве актера вспомогательного состава. Сталин».

После ответа Сталина Моргунов стал учеником режиссера Таирова в Камерном театре, а в конце 1944 года перешел на актерский факультет ВГИКа в мастерскую Сергея Герасимова, где его однокурсниками были Вячеслав Тихонов, Сергей Бондарчук, Нонна Мордюкова и Сергей Гурзо. В кино Евгений дебютировал в фильме Александра Столпера «Дни и ночи», еще учась в институте. В 1946 году Александр Фадеев дал почитать рукопись романа «Молодая гвардия» Сергею Герасимову, и тот решил поставить по этому произведению спектакль, распределив роли между студентами своего курса. Музыку к спектаклю написал Дмитрий Шостакович, и однажды Могунов подошел к нему и спросил - не может ли композитор его прослушать? Шостакович дал ему номер своего домашнего телефона и предложил: «Приходите, когда сможете». Моргунов позвонил и пришел на следующий день, и после прослушивания Шостакович написал рекомендательное письмо профессору консерватории Целиковскому. Однако Моргунов путевкой в большой музыкальный мир не воспользовался, и объяснил это так: «Из Москвы в Петербург и из Петербурга в Москву одновременно выехали два поезда. В пути они не встретились, хотя мчались навстречу друг другу. Вопрос: почему? Ответ прост: не судьба».

Выпустив спектакль «Молодая гвардия», Герасимов взялся за съемки одноименного фильма. Моргунов в экранизации должен был играть Тюленина, но Фадееву очень понравился в этой роли Сергей Гурзо, и в результате Моргунову досталась роль предателя Стаховича. Моргунов сыграл ее настолько достоверно, что в одном провинциальном городе актёр был атакован на улице мальчишками, посчитавшими что они выследили настоящего предателя. Мальчики ударили артиста по голове, а потом навалились и начали избивать, но это увидел исполнитель роли Олега Кошевого Владимир Иванов, и остановил хулиганов: «Ребята, это же артист, он просто роль такую сыграл, а в жизни — это прекрасный человек» - чем несказанно выручил Моргунова.
После окончания ВГИКа Моргунов с 1948 года работал в Театре-студии киноактера, где считался средним актером. Однако, в отсутствие ролей актерское дарование Моргунова активно проявлялось за кулисами театра. Однажды Театр-студию посетили партийные лидеры того времени Молотов и Каганович, где их встретил высокий худощавый Моргунов, и представился художественным руководителем театра. Он был остроумен, обходителен и настоятельно попросил партийных вождей поднять зарплату актерам театра. Те не заподозрили подвоха, и к радости коллег Моргунова увеличили актерские ставки. Так же свои актерские наклонности Евгений умело применял во время поездок на общественном транспорте. Чтобы доехать до нужной остановки, он мог войти в автобус и сказать: «Граждане пассажиры, приготовьте билеты», - после чего, не спеша проверить билеты и пересесть в другой автобус.
В Театре-студии киноактера Моргунов проработал до 1953 года. Одновременно в этот же период Моргунов являлся актером академического Малого театра. Характер в то время у Евгения Моргунова был непростой, что часто приводило к конфликтам, и попыткам уволить его из театра. После одной из таких попыток Моргунов обратился за помощью к режиссеру Александру Довженко, у которого однажды снимался в массовке, с просьбой дать ему характеристику. Довженко написал: «Талантлив ли Моргунов? Этого я не знаю, но если в экспедиции застрянет машина, Моргунов тут же ее вытащит. Талантлив ли Моргунов? Этого я не знаю, но Моргунов прекрасно переносит жару и холод, и если надо - неприхотлив в еде. Талантлив ли Моргунов? Этого я не знаю, но он прекрасно умеет доить корову и переносит на ногах грипп. Такой, как Моргунов, в экспедиции незаменим. Талантлив ли Моргунов? Этого я не знаю, но вы-то знаете, талантлив ли Моргунов». Дирекция театра не очень поняла, на что намекает режиссер, но оставила Моргунова в покое.
Кардинальный поворот в актерской карьере Евгения Моргунова неразрывно связан с именем Леонида Гайдая, который после провала своего фильма «Трижды воскресший» в 1960 году уехал в Иркутск к родителям, где обнаружил на чердаке их дома номер газеты «Правды» с фельетоном в стихах «Пес Барбос» Степана Олейника. Фельетон заинтересовал его, и он рассказал сюжет будущего фильма супруге - актрисе Нине Гребешковой: «Нинок, ты послушай, как это смешно! Бежит Пес – 2 метра пленки, за ним Бывалый – 3 метра, оглядывается - 1,5 метра. Общий план - бегут все...» Родные только плечами пожали: «Три дурака бегают от собаки со взрывчаткой, которую сами же и бросили. Что ж тут смешного?» Гребешкова ответила: «Потрясающе!»
Двух «друзей-алкоголиков» подобрал сам режиссер - любимый актер Гайдая Георгий Вицин согласился сыграть Труса, а роль Балбеса досталась клоуну Юрию Никулину. А Моргунова определил в картину Гайдая Иван Пырьев. Леониду Иовичу позвонила секретарша Пырьева, который был в тот момент директором «Мосфильма» и сообщила: «Вам просили передать, чтобы вы не тратили время и средства и никого больше не искали. Пырьев лично утверждает на роль Бывалого Евгения Моргунова». Евгению повезло, что Пырьев случайно его заметил в съемочном павильоне и решил таким образом помочь Гайдаю.
Перевоплощаться в Бывалого Моргунову было почти не нужно – он фактически играл самого себя, только со знаком минус. В его отрицательность верили даже животные, с которыми он снимался в первых гайдаевских короткометражках. На съемках фильма «Пес Барбос и необычный кросс» собака, игравшая Барбоса, почему-то все время кусала именно Моргунова. В «Самогонщиках», где снимался уже другой пес, тот тоже первым делом набрасывался именно на «Бывалого». По всей видимости, собакам не нравился отрицательный персонаж, сыгранный Моргуновым слишком правдоподобно. Тем временем сам Евгений Моргунов после исполнения роли Бывалого имел фантастический успех у публики. 9-минутный фильм «Пес Барбос и необычайный кросс» с его участием стал настоящей сенсацией. Зрители свершали паломничество в кинотеатры, а Гайдай, став лауреатом всевозможных премий, занялся созданием следующего короткометражного фильма с участием Вицина, Моргунова и Никулина под названием «Самогонщики». Но настоящим триумфом гайдаевской троицы стали комедии «Кавказская пленница» и «Операция «Ы» и другие приключения Шурика», которые сразу завоевали сердца десятков миллионов зрителей. После съемок в этих картинах на Никулина, Вицина и Моргунова обрушилась невероятная лавина славы. Моргунов стал не просто узнаваемым человеком, а превратился почти в национального героя. Увидев его, контролеры на стадионе улыбались, забывая про свои обязанности, а Моргунов мог взять с собой с десяток знакомых, небрежно кивнув: «Это со мной». Однажды он прошел не просто на трибуну, а в ложу, где сидели высокопоставленные чиновники, и рядом с ним в ложе оказался генерал-лейтенант милиции. Моргунов во время матча попросил у него закурить, и генерал вытащил пачку «Казбека», чтобы угостить любимого актера. Моргунов в ответ взял папиросу, а когда генерал сделал движение, чтобы убрать пачку с сигаретами в карман, очень серьезно отметил: «Не надо прятать». И генерал держал папиросы в руках весь матч.
Моргунов так же мог на троллейбусной остановке оттянуть рога троллейбуса, и попросить их подержать какого-либо прохожего, принявшего Моргунова за водителя. Далее актер с интересом наблюдал за развитием событий. В ресторане Моргунов мог притвориться сотрудником компетентных органов, который следит за злоумышленниками, и обычно в результате такой «слежки» официанты просто боялись приносить актеру счет. Моргунов так же славился умением с помощью красной книжечки, похожей на служебное удостоверение, и нехитрых, но убедительных актерских навыков бесплатно проходить в баню и ездить на такси. Однажды в Киеве он выдал себя за сына Павлика Морозова и на этом основании отнял хулигана у милиционеров.
Во время съемок у Гайдая Вицин, Моргунов и Никулин поначалу подружились, и даже ездили отдыхать вместе, но вскоре ситуация изменилась. Моргунов, преклонявшийся перед актерским талантом Георгия Вицина, был недоволен Юрием Никулиным, конфликт с которым спровоцировал сам. Однажды перед началом представления в цирке на Цветном бульваре, Евгений Моргунов с депутатским значком на лацкане пиджака подошел к главному входу, и начал в шутку предлагать зрителям обратиться для решения всех своих жилищных проблем к директору цирка Никулину. После того, как количество просителей перевалило за полтора десятка, Юрий Никулин направил своего помощника выяснить, в чем же дело, и после выяснения распорядился не пускать Евгения Моргунова в цирк с формулировкой: «У нас и своих клоунов хватает!» Не поладил Моргунов и с Гайдаем во время съемок. Когда во время съемок погони в фильме «Кавказская пленница» Гайдай нервничал во время просмотра рабочего материала, считая, что получается несмешно, Моргунов пришел на рабочий просмотр в сопровождении девушки. Гайдай приказал посторонним выйти, а Моргунов, обидевшись, не подчинился. И, демонстрируя независимость, сострил по поводу неудачно снятых эпизодов погони: «Гайдай, ты не ловишь мышей!» Гайдай повторил свое требование, и Моргунов в ответ чуть было не набросился на режиссера с кулаками. В результате Гайдай вычеркнул все последующие сцены из фильма, связанные с Бывалым, а из всей троицы Моргунову выдали самый маленький гонорар. Он получил за съемочный день по 25 рублей, в то время, как Юрий Никулин получал по 50 рублей, а Георгий Вицин – по 40 рублей. Помирились актер с режиссером лишь спустя 27 лет на открытии Музея трех актеров.
Кроме работы с Гайдаем Моргунов снимался в кино немного, в том числе и в таких картинах, как «Три толстяка» и «Ехали в трамвае Ильф и Петров». Были и другие, менее значительные работы. Евгений Моргунов так же написал четыре сценария, один из которых лег в основу его режиссерского дебюта - в 1962 году под патронажем Михаила Шолохова Моргунов поставил комедию «Когда казаки плачут». Но эта его режиссерская работа была в его кинокарьере оказалась единственной.
Евгений Александрович болезненно переживал творческую невостребованность, и крайне резко высказывался о советской кинематографической индустрии. При этом в повседневной жизни он был большим шутником и любителем розыгрышей, и всегда был окружён множеством друзей. Доктор технических наук Владимир Михайлович Ахутин рассказывал о том, как отправив семью на отдых, и чтобы каждый день не возиться, сварил огромную кастрюлю борща. А через пару дней у него собралась дружеская компания, в которой оказался и Моргунов. После посиделок Моргунов поинтересовался: «Поесть бы теперь!» Ахутин ответил: «Поесть? Борща хочешь? Тазик борща - съешь?» Моргунов не знал, что борща у Ахутина - почти ведро, и подтвердил: «Съем!», - «Спорим на ящик коньяка, что не съешь!» Ахутин поставил тазик на стол, принес кастрюлю и вылил ее в таз. Моргунов стал есть, так как ящик коньяка - это были приличные деньги. Он честно попытался съесть борщ, но понял, что здоровье дороже, и отложил ложку. «И тогда, - рассказывал Ахутин, - мы перенесли посиделки в «Европейскую».
Геннадий Хазанов в свою очередь рассказывал: «Как-то Моргунов достал четыре контрамарки на закрытый пляж в Алуште. А нас было пятеро: я, Дербенёв, Вицин, Никулин и последним шёл Моргунов. На входе строгая женщина-контролёр потребовала ещё одну контрамарку. На что Вицин, указывая на Моргунова, сказал: «А он не будет купаться, мы на нём плаваем».
Когда в Севастополе за приехавшими на гастроли актёрами присматривал инструктор горкома КПСС, Евгений Моргунов сказал ему: «Вы знаете, товарищ, наши артисты — Вицин, Санаев, Ладынина, Мартинсон — просто мечтают поехать на экскурсию на кладбище, чтобы поклониться могилам российских моряков. Только встаём мы все очень рано, поэтому давайте что-нибудь организуем часов эдак в семь утра». На следующий день в семь утра у гостиницы стоял автобус, а гид ходил по номерам, стучался к сонным артистам и зазывал на экскурсию. Но автобус так и остался пустым. При этом большинство друзей прощали Моргунову его шутки, но некоторые и обижались. Например, Михаил Глузский двадцать лет не здоровался с Моргуновым за какой-то проступок. Но однажды ему и Моргунову довелось ехать в одном купе в Ленинград, и Моргунов попросил прощения у Глузского. Они снова зауважали друг друга, но утром, когда Глузский уезжал в Москву, и уже сел в вагон тронувшегося поезда, Моргунов бежал следом за вагоном, крича на весь перрон: «Лаврентий Павлович! Товарищ Берия! Зачем вы уезжаете? Я освободил целый корпус в «Крестах»! У нас столько задумано! Остановите пломбированный вагон!»
В 1982 году Михаил Козаков доверил Евгению Моргунову в своей картине «Покровские ворота» роль автора куплетов Соева. Актер сыграл ее очень ярко, но другие режиссеры по-прежнему не спешили использовать его огромный комедийный талант. А сам Моргунов ничего не просил. Он часто в шутку повторял: «Я человек скромный, несмотря на свою порядочность». Зарабатывал себе Моргунов на жизнь тем, что ездил по стране с концертами. Хотя для него эти поездки были настоящим испытанием, так как он с юности был болен диабетом, который с каждым годом прогрессировал, и был основной причиной его полноты. «В войну пайки были мизерные, мальчик часто жил впроголодь, – рассказывала Наталья Моргунова, вдова актера. – Мама как-то раздобыла пачку масла. Женя съел ее всю сразу, без хлеба. А вскоре его скрутило, едва удалось спасти. Вот и нарушился обмен веществ». Моргунов часто выходил во время этих выступлений на сцену в ботинках, разрезанных по бокам, чтобы не так сильно болели отекающие ноги артиста. Тем не менее, актер никому не жаловался, и даже хромая на сцене от боли, Евгений Моргунов шутил, что упал с лошади.
До 30 лет Моргунов жил в гражданском браке с балериной Большого театра Варварой Рябцевой, но она была старше него на 13 лет, и они расстались, а Моргунов позже женился на студентке авиационно-технического института по имени Наталья, прожил с ней в браке 36 лет, и вырастил двоих сыновей, от которых у него так же были внуки и внучки.
В последние годы своей жизни актер с трудом передвигался. Супруга вынуждена была даже разрезать резинки на носках, так как они причиняли Моргунову боль. А сам он разрезал даже ботинки, так как в них не влезали распухшие ноги. «Последние 15 лет жил, что называется, под ножом, ему по четыре раза в год врачи говорили: «Ампутируем ноги!» – рассказывала Наталья Николаевна Моргунова. – Он стал очень вспыльчивым и даже просто невыносимым: грубым, озлобленным. Я прощала и терпела, понимая, что всему причиной болезнь».
Евгений Моргунов писал в своих воспоминаниях: «Самое страшное — остаться одному. Знаете, горе какое случилось у прекрасного комика, удивительного человека Сергея Николаевича Филиппова? Как бессердечно отнеслась ленинградская общественность к артисту, который смешил всех, которого боготворили, которому предлагали выпить все. Он умер один в своей квартире и лежал две недели. Соседи обратились на «Ленфильм» (за год до того у Филиппова умерла жена, он остался один). «Ленфильм» принял ужасающее решение. (Не дали на похороны ни копейки денег.) И только Сашенька Демьяненко, замечательный наш Шурик, собрал по копейкам деньги у актеров, которые были на пенсии, у актеров, которые знали Филиппова, сделали гробик и закопали. И слова совершенно гениальные написали на могиле: «И не будет в день погребения ни свечей, ни церковного пения». Это его любимые были стихи».
В 1998 году в семье Моргуновых случилось горе - младший сын Евгения погиб в автокатастрофе. «Коля гонял на большой скорости. Муж часто его ругал за это, – рассказывала Наталья Моргунова. – Будто предчувствовал эту трагедию. Коля, возвращаясь ночью с дачи в Москву, заснул за рулем и врезался в дерево». Евгений Александрович очень тяжело переживал потерю сына, перенес два инфаркта и инсульт. Когда его положили в больницу на очередное обследование, врачи сообщили, что надежды на выздоровление нет. Но Евгений Александрович пошутил: «Вы не вынесете меня отсюда, потому что я - не-вы-но-си-мый!» Он пережил своего сына на один год.
В 2008 году о Евгении Моргунове режиссером Анной Филимоновой был снят прекрасный документальный фильм «Человек в кадре». В этом фильме о Моргунове вспоминают Зиновий Высоковский, Александр Пятков, Наталья Варлей, Наталья Крачковская и вдова Наталья Моргунова.