11707
13
Прославленный летчик, трижды Герой Советского Союза Иван Кожедуб - человек-легенда. О нем, кажется, известно все: 62 сбитых немецких самолета, летчик-виртуоз, получивший после войны заслуженное им на все сто процентов высочайшее звание – маршал авиации. На самом деле, о настоящем Кожедубе мало кто знает.
Украинский паренек, рост ниже среднего, с незаконченным средним образованием. Даже его первая любовь Вера Евдокименко-Пророк отказалась увидеть в нем своего будущего мужа и перестала писать солдату на фронт. Уже во время обучения летному делу про него стали поговаривать: неудачник. А он выдержал все и всему миру смог доказать, что советские военные летчики - лучшие в мире. о «настоящем» Кожедубе рассказали его друзья –
×
Герой Советского Союза Сергей Макарович Крамаренко и его супруга - Юлия Алексеевна. Эта статья основана также на личных воспоминаниях сына великого летчика - Никиты.
Первое падение
Первое падение
Иван Кожедуб мог погибнуть, еще не став военным летчиком. Это случилось в 1942 году во время одного из первых тренировочных полетов. Сразу после взлета у будущего аса заглох мотор.
«Тяга начала падать. Самолет терял скорость. Как бы не свалиться на крыло - это гибель. Медлить нельзя. Энергично отдаю ручку от себя и перевожу самолет в планирование. Впереди - лес, в стороне - поле. Успею ли развернуться на такой малой высоте, отвернуть от леса? Только не мешкать! Не терять ни секунды! Промедление смерти подобно. Быстро разворачиваю самолет. Стремительно набегает земля. Толчок: самолет прополз на животе по полю и остановился. "Жив", - думаю», - так вспоминал потом об этом трагическом случае сам Иван Кожедуб.
Никудышный стрелок - прямо как Чкалов!
«Тяга начала падать. Самолет терял скорость. Как бы не свалиться на крыло - это гибель. Медлить нельзя. Энергично отдаю ручку от себя и перевожу самолет в планирование. Впереди - лес, в стороне - поле. Успею ли развернуться на такой малой высоте, отвернуть от леса? Только не мешкать! Не терять ни секунды! Промедление смерти подобно. Быстро разворачиваю самолет. Стремительно набегает земля. Толчок: самолет прополз на животе по полю и остановился. "Жив", - думаю», - так вспоминал потом об этом трагическом случае сам Иван Кожедуб.
Никудышный стрелок - прямо как Чкалов!
Одной из основных дисциплин в авиаучилищах для будущих военных летчиков была огневая подготовка. И поначалу у Кожедуба не все ладилось с этим предметом. Впервые выполняя упражнения по стрельбе из пулеметов, Иван Кожедуб был почти уверен, что уложил в щит все пули, глазомер у него был неплохой, и его отец даже пророчил своему сыну карьеру художника. Но когда дежурный объявил результаты стрельб, оказалось, что Кожедуб промахнулся мимо мишени, - ни одного попадания.
Молодой летчик был разочарован, и даже пристыжен. Но инструктор тогда прочитал расстроенному Ивану небольшую лекцию: «Когда Валерий Павлович Чкалов стал служить в воинской части, он уже блестяще пилотировал. Но вначале Чкалов стрелял неважно. Он откровенно и прямо сказал об этом командиру части и начал упорно тренироваться. Валерий Павлович достиг замечательных результатов: вышел на первое место по всем видам стрельбы».
«Чкалов был кумиром всей страны, и, разумеется, для Кожедуба тоже. Упорной и постоянной тренировкой Кожедуб все-таки сумел добиться к концу учебы хороших показателей по огневой подготовке», - говорит его друг Сергей Крамаренко.
Первый боевой вылет: неудачи преследуют молодого летчика
Молодой летчик был разочарован, и даже пристыжен. Но инструктор тогда прочитал расстроенному Ивану небольшую лекцию: «Когда Валерий Павлович Чкалов стал служить в воинской части, он уже блестяще пилотировал. Но вначале Чкалов стрелял неважно. Он откровенно и прямо сказал об этом командиру части и начал упорно тренироваться. Валерий Павлович достиг замечательных результатов: вышел на первое место по всем видам стрельбы».
«Чкалов был кумиром всей страны, и, разумеется, для Кожедуба тоже. Упорной и постоянной тренировкой Кожедуб все-таки сумел добиться к концу учебы хороших показателей по огневой подготовке», - говорит его друг Сергей Крамаренко.
Первый боевой вылет: неудачи преследуют молодого летчика
В феврале 1943 года 240-й истребительно-авиационный полк, в который был зачислен Иван Кожедуб, наконец, был переброшен для ведения военных действий на юго-западное направление. При распределении боевой техники Ивану Кожедубу достался самолет Ла-5 первых серий, с надписью на борту «Имени Валерия Чкалова» и бортовым номером 75.
В свой первый боевой вылет на прикрытие аэродрома Иван попал под удар вражеских истребителей, когда попытался атаковать группу бомбардировщиков, а затем оказался в зоне огня своей же зенитной артиллерии. Самолет Кожедуба получил тяжелые повреждения от пушечной очереди немецкого Me-109 и от попадания двух советских зенитных снарядов.
В свой первый боевой вылет на прикрытие аэродрома Иван попал под удар вражеских истребителей, когда попытался атаковать группу бомбардировщиков, а затем оказался в зоне огня своей же зенитной артиллерии. Самолет Кожедуба получил тяжелые повреждения от пушечной очереди немецкого Me-109 и от попадания двух советских зенитных снарядов.
«Медлить нельзя ни секунды. Грозит смертельная опасность. Резко бросаю машину в сторону. Посмотрел вправо: мимо меня пронесся истребитель «Мессершмитт-109» с крестами, за ним - второй, а сзади, выше, - еще два. Сейчас меня добьют. Но тут я попадаю в разрывы зенитных снарядов. Зенитки по-свойски меня «окрестили», зато я избежал повторной атаки «мессершмитта» - быть может, гибельной», - рассказывал потом Кожедуб.
Зенитный снаряд попал в левый бок машины, еще один - в хвост. Самолет клюнул носом. Кожедуб с трудом удержал его на высоте 500 метров, - рулевое управление было нарушено.
«Не было у меня сноровки, не умел я еще быстро сближаться с врагом. Самолет еле держался в воздухе. Не выпрыгнуть ли с парашютом? Но я сейчас же отогнал эту мысль. Твердо решил посадить израненную машину», - таким запомнился его первый воздушный бой знаменитому летчику.
Зенитный снаряд попал в левый бок машины, еще один - в хвост. Самолет клюнул носом. Кожедуб с трудом удержал его на высоте 500 метров, - рулевое управление было нарушено.
«Не было у меня сноровки, не умел я еще быстро сближаться с врагом. Самолет еле держался в воздухе. Не выпрыгнуть ли с парашютом? Но я сейчас же отогнал эту мысль. Твердо решил посадить израненную машину», - таким запомнился его первый воздушный бой знаменитому летчику.
«Кожедуб тогда чудом остался жив: бронеспинка защитила от фугасного снаряда авиационной пушки, а ведь в ленте фугасный снаряд, как правило, через один чередовался с бронебойным… После ремонта его самолет мог быть назван боевой машиной лишь условно. На боевые задания Иван тогда вылетал редко и на «остатках», то есть на свободных самолетах, которых было меньше, чем летчиков», - говорит его друг Сергей Крамаренко.
От перепрофилирования - перевода из летного состава в наземную службу Ивана Кожедуба спасло чудо. За него заступился командир эскадрильи Игнатий Солдатенко, который смог разглядеть в молчуне-неудачнике, которым Ивана уже было начали считать в полку, будущего аса. Об этом писал в своей книге, основанной на воспоминаниях об отце Никиты Кожедуба, Андрей Кокотюха.
Сыграло свою роль и то, что перед отправкой на фронт общий налет составлял у него около 500 часов, а у более молодых пилотов только 30-50.
Сбивал самолеты, но не докладывал
От перепрофилирования - перевода из летного состава в наземную службу Ивана Кожедуба спасло чудо. За него заступился командир эскадрильи Игнатий Солдатенко, который смог разглядеть в молчуне-неудачнике, которым Ивана уже было начали считать в полку, будущего аса. Об этом писал в своей книге, основанной на воспоминаниях об отце Никиты Кожедуба, Андрей Кокотюха.
Сыграло свою роль и то, что перед отправкой на фронт общий налет составлял у него около 500 часов, а у более молодых пилотов только 30-50.
Сбивал самолеты, но не докладывал
Все, кто хорошо знал Ивана Кожедуба, говорят о нем, как исключительно скромном и порядочным человеке. Видимо, в силу этих своих человеческих качеств, прославленный летчик наотрез отказывался признавать сбитыми самолеты, столкновение которых с землей он не видел собственными глазами.
«Я с ним воевал с 1944 года. Он был ведущим в паре, а я ведомым. Вот я вижу, что он попал в немецкий самолет, и самолет загорелся, начал падать… А в полку Кожедуб молчит, не говорит, что на его счету еще один самолет. И никто его не мог заставить записать на свой счет этот самолет. Иван говорил так: «Я не видел, как он разбился, и все!», - рассказывает Сергей Крамаренко. К концу войны Иван Кожедуб, к тому времени - гвардии майор, летал на самолете Ла-7, совершил 330 боевых вылетов, в 120 воздушных боях, и только по официальным данным, сбил 62 самолёта противника. Сколько их было на самом деле, не знает никто.
Невеста из электрички
«Я с ним воевал с 1944 года. Он был ведущим в паре, а я ведомым. Вот я вижу, что он попал в немецкий самолет, и самолет загорелся, начал падать… А в полку Кожедуб молчит, не говорит, что на его счету еще один самолет. И никто его не мог заставить записать на свой счет этот самолет. Иван говорил так: «Я не видел, как он разбился, и все!», - рассказывает Сергей Крамаренко. К концу войны Иван Кожедуб, к тому времени - гвардии майор, летал на самолете Ла-7, совершил 330 боевых вылетов, в 120 воздушных боях, и только по официальным данным, сбил 62 самолёта противника. Сколько их было на самом деле, не знает никто.
Невеста из электрички
В 1946 году Кожедуб учился в Краснознаменной Военно-воздушной академии. Мечта о высшем образовании начала сбываться.
«Как-то раз, возвращаясь вечером в подмосковное Монино на электричке, папа встретил десятиклассницу Веронику. Их первое знакомство могло стать для обоих последним. Моей маме папа сначала не понравился, - показался неприглядным из-за невысокого роста и украинского акцента. Но, прохладно расставшись, они через некоторое время снова встретились в той же электричке. Папа взял инициативу в свои руки, и уговорил маму пойти с ним на танцы в гарнизонный клуб», - рассказывал потом сын Ивана Кожедуба Никита.
Дело было зимой, под самый Новый год. Кожедуб встретил Веронику в летном реглане, надетом поверх кителя. Пока они шли по территории части к клубу, девушку удивило, что все офицеры, даже старше по званию, отдавали Ивану честь. Дело в том, что отдавать честь и выполнять команду «Смирно!» перед Героем Советского Союза даже старших по званию чинов обязывали военные правила, учрежденные Иосифом Сталиным (при Хрущеве эти правила были отменены).
«Только в клубе папа снял реглан, мама увидела три Звезды Героя, кучу планочек орденов, и потеряла дар речи… Новый, 1947 год они уже встречали вместе. А утром 1 января в поселковом совете Монино их быстро, без свидетелей, расписали», - рассказывал Никита Кожедуб. Кожедубы прожили душа в душу почти пятьдесят лет.
Вредные привычки
У трижды Героя Советского Союза Ивана Кожедуба была, как минимум, одна вредная привычка – он курил.
Однажды, когда сына хотели отчислить из Суворовского училища за курение, Кожедуб заступился за него, поговорил с начальником, а потом спокойно сказал Никите: «Ты, сынок, должен бросить эту гадость!» Кстати, сам Иван Никитович бросал курить огромное количество раз. И каждый раз он докуривал сигарету, а на окурке ставил дату и расписывался.
«Со временем их набралась большая коробка из-под обуви, которая хранилась в доме достаточно долго. Иногда папа перебирал эти памятные окурки, смотрел на дату, вспоминал, что было в этот день. Бывало, самые большие окурки закуривал повторно, а потом снова ставил на них еще одну дату и роспись», - рассказывал Никита Кожедуб.
«Как-то раз, возвращаясь вечером в подмосковное Монино на электричке, папа встретил десятиклассницу Веронику. Их первое знакомство могло стать для обоих последним. Моей маме папа сначала не понравился, - показался неприглядным из-за невысокого роста и украинского акцента. Но, прохладно расставшись, они через некоторое время снова встретились в той же электричке. Папа взял инициативу в свои руки, и уговорил маму пойти с ним на танцы в гарнизонный клуб», - рассказывал потом сын Ивана Кожедуба Никита.
Дело было зимой, под самый Новый год. Кожедуб встретил Веронику в летном реглане, надетом поверх кителя. Пока они шли по территории части к клубу, девушку удивило, что все офицеры, даже старше по званию, отдавали Ивану честь. Дело в том, что отдавать честь и выполнять команду «Смирно!» перед Героем Советского Союза даже старших по званию чинов обязывали военные правила, учрежденные Иосифом Сталиным (при Хрущеве эти правила были отменены).
«Только в клубе папа снял реглан, мама увидела три Звезды Героя, кучу планочек орденов, и потеряла дар речи… Новый, 1947 год они уже встречали вместе. А утром 1 января в поселковом совете Монино их быстро, без свидетелей, расписали», - рассказывал Никита Кожедуб. Кожедубы прожили душа в душу почти пятьдесят лет.
Вредные привычки
У трижды Героя Советского Союза Ивана Кожедуба была, как минимум, одна вредная привычка – он курил.
Однажды, когда сына хотели отчислить из Суворовского училища за курение, Кожедуб заступился за него, поговорил с начальником, а потом спокойно сказал Никите: «Ты, сынок, должен бросить эту гадость!» Кстати, сам Иван Никитович бросал курить огромное количество раз. И каждый раз он докуривал сигарету, а на окурке ставил дату и расписывался.
«Со временем их набралась большая коробка из-под обуви, которая хранилась в доме достаточно долго. Иногда папа перебирал эти памятные окурки, смотрел на дату, вспоминал, что было в этот день. Бывало, самые большие окурки закуривал повторно, а потом снова ставил на них еще одну дату и роспись», - рассказывал Никита Кожедуб.
Жена Кожедуба Вероника недолюбливала традиционных застолий, которые часто устраивались в доме. По словам сына, мать строго присматривала, чтобы Кожедуб, не дай бог, не выпил лишнего, хотя он и сам прекрасно знал меру.
«Никогда я его не видел пьяным, – вспоминает Никита Иванович. – И сколько бы он вечером с друзьями ни принял, утром всегда был как огурчик. Мужик был крепкий. Но иногда наутро после праздника мама на батю бурчала, мол, разошелся ты вчера, хватил лишку. На такие случаи у него была любимая поговорка: «Три танкиста выпили по триста – гордый сокол выпил девятьсот». На этом разбирательства заканчивались».
Эти слова категорическим образом опровергают Юлия и Сергей Крамаренко, - самые близкие друзья Кожедуба.
«Никогда я его не видел пьяным, – вспоминает Никита Иванович. – И сколько бы он вечером с друзьями ни принял, утром всегда был как огурчик. Мужик был крепкий. Но иногда наутро после праздника мама на батю бурчала, мол, разошелся ты вчера, хватил лишку. На такие случаи у него была любимая поговорка: «Три танкиста выпили по триста – гордый сокол выпил девятьсот». На этом разбирательства заканчивались».
Эти слова категорическим образом опровергают Юлия и Сергей Крамаренко, - самые близкие друзья Кожедуба.
«Мы ездили друг к другу в гости по 2-3 раза в месяц. Застолий никаких не было, а скорее – чаепития. Мужчины, конечно, могли выпить по 50-100 граммов легкого вина или коньяка, но не больше. Иван был очень уравновешенным человеком во всем, очень простым, приветливым, никогда не повышал голоса, имел прекрасное чувство юмора», - говорит жена Героя Советского Союза Сергея Крамаренко - Юлия Алексеевна.
«Любить самолет надо как свою жену, и он тебя не подведет», - любил повторять Иван Кожедуб.
«Подарок» от Горбачева
«Любить самолет надо как свою жену, и он тебя не подведет», - любил повторять Иван Кожедуб.
«Подарок» от Горбачева
Первое звание Героя Советского Союза Кожедубу (уже старшему лейтенанту) было присвоено 4 февраля 1944 года за 146 боевых вылетов и 20 сбитых самолётов противника. Второй медали «Золотая Звезда» Кожедуб был удостоен 19 августа 1944 года за 256 боевых вылетов и 48 сбитых самолётов противника.
«За несколько дней до окончания войны, - 16 апреля 1945 года Иван передал мне свой самолет под номером 25, кстати, сейчас его можно увидеть в музее в Монино, и улетел в Москву. Больше он не летал. Возможно, командование решило таким образом обезопасить жизнь прославленного летчика, не знаю», - говорит Сергей Крамаренко.
Третью медаль «Золотая Звезда» Кожедуб получил 18 августа 1945 года за высокое воинское мастерство, личное мужество и отвагу, проявленную на фронтах войны. А вот звание Маршала авиации только спустя 40 лет после Великой Победы – в 1985 году.
Как это было телеканалу «Звезда» рассказала Юлия Крамаренко: «Вероника, жена Кожедуба, была всегда главой дома. Когда Ивана начали «затирать», унижать его, Вероника по линии ЦК добивалась справедливости, заступалась за мужа.
Ее все знали. Однажды Горбачев встретился с Иваном, и удивился, что легендарный летчик носит генеральские погоны. На следующие утро он позвонил Веронике прямо на домашний телефон, и сообщил ей о присвоении Ивану Никитовичу Кожедубу ему звания Маршала авиации, вот как это было».
Три удара судьбы
В 1945 году радость победы Ивану Кожедубу омрачило личное горе. Радость победы омрачило личное горе – смерть отца. «Тяжкое горе постигло меня: 17 мая не стало отца. Мы оба мечтали о встрече, и я потерял его, так и не увидев после всех испытаний. Позже из писем родственников я узнал, что отец тяжело болел, но строго-настрого наказал не сообщать мне – не хотел тревожить, отрывать от боевых дел. Не позволил извещать меня о болезни и после победы – не хотел омрачать мне радость. Некоторое облегчение приносила мысль, что отец дожил до Дня Победы», - рассказывал потом Иван Кожедуб.
Вторым ударом судьбы для ветерана Великой Отечественной войны стала смерть сына, моряка, капитана 1 ранга Никиты Кожедуба.
«Сын был подводником, и, насколько нам известно, служил на атомной подлодке, получил облучение. Его смерть Иван переживал очень тяжело. А потом ушла из жизни и его любимая дочка – Наташенька. Она была очень талантливая, но у нее не сложилась личная жизнь. Потом тяжело заболел и сам Иван, он долго лечился в военном госпитале, но Веронике это не нравилось, и она забрала его на дачу, в Монино, там он и скончался», - говорит Юлия Крамаренко.
Трижды Герой Советского Союза Иван Кожедуб умер 8 августа 1991 года, его похоронили на Новодевечьем кладбище, через несколько лет рядом появилась могила его «Веронички», - так ласково легендарный летчик всегда называл свою любимую жену. Семья Героя Советского Союза Сергея Крамаренко продолжает дружить с семьей Кожедуба – внуками и внучками самого результативного летчика-истребителя Великой Отечественной войны.
«За несколько дней до окончания войны, - 16 апреля 1945 года Иван передал мне свой самолет под номером 25, кстати, сейчас его можно увидеть в музее в Монино, и улетел в Москву. Больше он не летал. Возможно, командование решило таким образом обезопасить жизнь прославленного летчика, не знаю», - говорит Сергей Крамаренко.
Третью медаль «Золотая Звезда» Кожедуб получил 18 августа 1945 года за высокое воинское мастерство, личное мужество и отвагу, проявленную на фронтах войны. А вот звание Маршала авиации только спустя 40 лет после Великой Победы – в 1985 году.
Как это было телеканалу «Звезда» рассказала Юлия Крамаренко: «Вероника, жена Кожедуба, была всегда главой дома. Когда Ивана начали «затирать», унижать его, Вероника по линии ЦК добивалась справедливости, заступалась за мужа.
Ее все знали. Однажды Горбачев встретился с Иваном, и удивился, что легендарный летчик носит генеральские погоны. На следующие утро он позвонил Веронике прямо на домашний телефон, и сообщил ей о присвоении Ивану Никитовичу Кожедубу ему звания Маршала авиации, вот как это было».
Три удара судьбы
В 1945 году радость победы Ивану Кожедубу омрачило личное горе. Радость победы омрачило личное горе – смерть отца. «Тяжкое горе постигло меня: 17 мая не стало отца. Мы оба мечтали о встрече, и я потерял его, так и не увидев после всех испытаний. Позже из писем родственников я узнал, что отец тяжело болел, но строго-настрого наказал не сообщать мне – не хотел тревожить, отрывать от боевых дел. Не позволил извещать меня о болезни и после победы – не хотел омрачать мне радость. Некоторое облегчение приносила мысль, что отец дожил до Дня Победы», - рассказывал потом Иван Кожедуб.
Вторым ударом судьбы для ветерана Великой Отечественной войны стала смерть сына, моряка, капитана 1 ранга Никиты Кожедуба.
«Сын был подводником, и, насколько нам известно, служил на атомной подлодке, получил облучение. Его смерть Иван переживал очень тяжело. А потом ушла из жизни и его любимая дочка – Наташенька. Она была очень талантливая, но у нее не сложилась личная жизнь. Потом тяжело заболел и сам Иван, он долго лечился в военном госпитале, но Веронике это не нравилось, и она забрала его на дачу, в Монино, там он и скончался», - говорит Юлия Крамаренко.
Трижды Герой Советского Союза Иван Кожедуб умер 8 августа 1991 года, его похоронили на Новодевечьем кладбище, через несколько лет рядом появилась могила его «Веронички», - так ласково легендарный летчик всегда называл свою любимую жену. Семья Героя Советского Союза Сергея Крамаренко продолжает дружить с семьей Кожедуба – внуками и внучками самого результативного летчика-истребителя Великой Отечественной войны.
Во-вторых, задачи у летчиков были разные, наши в основном прикрывали штурмовики, редко кто был в свободной охоте. У немцев наоборот.
в-третьих, многие немецкие асы набили себе счет в первые годы войны, когда наши летчики были очень малоопытными и отставали по технической части.
Вот так то.
Таким Человеком любая страна должна гордиться!