86996
6
Оказывается, унизительную новость о том, что рубль по итогам 2014 года оказался самой быстро падающей валютой в мире, можно было чуть-чуть смягчить. Да, рубль действительно упал сильнее, чем аргентинский песо, ганский седи или даже украинская гривна, но все-таки в мире есть одна валюта, которая провалилась еще глубже, – венесуэльский боливар. Просто венесуэльское правительство уже много лет лицемерно держит официальный курс на уровне 6 боливаров за доллар, хотя в реальности купить этот доллар в Венесуэле сегодня можно не меньше чем за 174 боливара. Еще год назад можно было за 64, а теперь рыночный курс временами подскакивает до 187. И такое почти трехкратное падение за 2014 год явно больше, чем российское двукратное.
Венесуэла вообще может служить для России неплохим утешением в тяжелые времена нынешнего кризиса, потому что там падение цен на нефть помножилось на еще более безумные действия властей, чем в России, что, соответственно, привело к еще более катастрофическим последствиям. Даже при $110 за баррель венесуэльское руководство умудрялось мучить страну постоянными дефицитами, очередями, непрерывным падением курса и инфляцией больше 50%. А после того как нефть упала ниже $50, в Венесуэле вообще начался стремительный распад всех привычных институтов цивилизации.
Какую область человеческой жизни ни возьми, везде в Венесуэле творится совершенный ад. Перестали функционировать самые простые структуры, которыми человечество научилось пользоваться еще в деспотиях Древнего Востока, – а в сегодняшней Венесуэле они не работают. Люди не могут добыть простейшие продукты питания. Ни за какие деньги не могут купить. Магазины большую часть времени стоят закрытыми, потому что открывать их бессмысленно – им нечего продавать.
Какую область человеческой жизни ни возьми, везде в Венесуэле творится совершенный ад. Перестали функционировать самые простые структуры, которыми человечество научилось пользоваться еще в деспотиях Древнего Востока, – а в сегодняшней Венесуэле они не работают. Люди не могут добыть простейшие продукты питания. Ни за какие деньги не могут купить. Магазины большую часть времени стоят закрытыми, потому что открывать их бессмысленно – им нечего продавать.
Частные супермаркеты могут открываться несколько раз в неделю на пару часов. Им удалось где-то достать валюту, что-то завезти, и они быстро распродают эту партию товара. Много времени для этого не требуется: люди сами бросают все дела, сбегаются к магазину и выстраиваются в очередь под дулами автоматов Национальной гвардии или ЧОПа. Товары нормируют: четыре пачки молока в одни руки, или одну упаковку стирального порошка, или два дезодоранта. Тем, кто отоварился, ставят несмываемую отметку на руке. Иногда даже вида автоматов недостаточно для поддержания порядка: начинаются драки, местные гонят из очередей тех, кто с другого района, устраивают общественные инспекции по задним комнатам магазина – вдруг там чего припрятали.
×
В государственных супермаркетах снабжение получше, но там тоже особо не разгуляешься. Делать покупки можно только два раза в неделю в соответствии с номером удостоверения личности. У кого заканчиваются на 0 или 1 – по понедельникам, на 2 или 3 – по вторникам, и так далее до пятницы. По субботам очереди длиннее, потому что покупать могут те, у кого последняя цифра от 0 до 4, в воскресенье – от 5 до 9.
Такие проблемы возникают не только с едой – со всеми товарами, на которые Венесуэльское государство ввело регулируемые, «справедливые» цены. Сюда входит почти все, что необходимо человеку для нормальной ежедневной жизни, от молока и муки до стирального порошка и туалетной бумаги. За всем этим в Венесуэле теперь надо стоять в длинной очереди с призрачными шансами на успех. Периодически люди не выдерживают: на днях толпа остановила и разграбила проезжавший мимо очереди грузовик с памперсами – они ведь тоже благодаря заботе правительства продаются только по «справедливым ценам», поэтому их не достать.
Хотя контроль цен – это далеко не самая разрушительная находка венесуэльского руководства. Еще есть, например, множественность официальных валютных курсов – в зависимости от вида операции. Ни один из них не соответствует рыночному, поэтому купить валюту по вменяемой цене можно только у государства. А после падения цен на нефть у Венесуэльского государства валюта закончилась. Вместе с валютой закончился и импорт.
Вроде бы вот он, импортозамещающий рай для национальных производителей. Но совсем без импорта импортозамещения не получается. Наоборот, сокращение национального производства в Венесуэле вполне может тягаться по темпам с сокращением импорта. Например, в Венесуэле были сборочные производства автомобилей мировых марок. За 2014 год количество выпускаемых автомобилей сократилось по сравнению с 2013 годом в 4 раза. По сравнению с 2007 годом – почти в 10 раз. У компаний просто нет валюты для того, чтобы купить ту часть комплектующих, которая импортная.
Хотя контроль цен – это далеко не самая разрушительная находка венесуэльского руководства. Еще есть, например, множественность официальных валютных курсов – в зависимости от вида операции. Ни один из них не соответствует рыночному, поэтому купить валюту по вменяемой цене можно только у государства. А после падения цен на нефть у Венесуэльского государства валюта закончилась. Вместе с валютой закончился и импорт.
Вроде бы вот он, импортозамещающий рай для национальных производителей. Но совсем без импорта импортозамещения не получается. Наоборот, сокращение национального производства в Венесуэле вполне может тягаться по темпам с сокращением импорта. Например, в Венесуэле были сборочные производства автомобилей мировых марок. За 2014 год количество выпускаемых автомобилей сократилось по сравнению с 2013 годом в 4 раза. По сравнению с 2007 годом – почти в 10 раз. У компаний просто нет валюты для того, чтобы купить ту часть комплектующих, которая импортная.
Или производство картошки – упало в 2014 году в 5 раз. Не было ни удобрений, ни семян. В результате ничего не выросло. Производство мяса сократилось почти вдвое. Производство молока – на 70%. В венесуэльских «Макдоналдсах» исчезла картошка фри: на импортную нет валюты, а своя не выросла. Местные политики радуются – наконец-то патриотично перейдем на маниоку.
Бывает и так, что склады у компании ломятся от товаров, но продать их она все равно не может. Потому что венесуэльские чиновники никак не могут рассчитать, какой должна быть «справедливая цена» на этот товар и «справедливая норма прибыли» у компании-производителя. Например, в начале этой недели венесуэльские производители обуви узнали, что им придется подождать с началом продаж еще 30 дней – чиновники не успевают рассчитать положенную им норму прибыли, а без этого продавать ничего нельзя.
Нарушить такой запрет, как и любой другой, – верное убийство бизнеса. Потому что тогда власти могут прислать в компанию своих комиссаров и санкционировать «временную оккупацию». Эта комиссия получит право распоряжаться фирмой в течение 90 дней – для восстановления социальной справедливости и борьбы со спекуляциями. Такое восстановление обычно состоит в том, что присланные государством контролеры сами решают, в какой магазин отгружать произведенную продукцию и куда направить полученное сырье.
Даже улететь из этого безумия так просто не получится. Из-за правительственных игр с курсом доллара большинство авиакомпаний либо вообще прекратили, либо резко уменьшили количество рейсов в/из Венесуэлы. И теперь, чтобы выбраться из страны, венесуэльцам приходится сначала плыть до одного из ближайших государств на Карибских островах и уже оттуда лететь дальше.
Бывает и так, что склады у компании ломятся от товаров, но продать их она все равно не может. Потому что венесуэльские чиновники никак не могут рассчитать, какой должна быть «справедливая цена» на этот товар и «справедливая норма прибыли» у компании-производителя. Например, в начале этой недели венесуэльские производители обуви узнали, что им придется подождать с началом продаж еще 30 дней – чиновники не успевают рассчитать положенную им норму прибыли, а без этого продавать ничего нельзя.
Нарушить такой запрет, как и любой другой, – верное убийство бизнеса. Потому что тогда власти могут прислать в компанию своих комиссаров и санкционировать «временную оккупацию». Эта комиссия получит право распоряжаться фирмой в течение 90 дней – для восстановления социальной справедливости и борьбы со спекуляциями. Такое восстановление обычно состоит в том, что присланные государством контролеры сами решают, в какой магазин отгружать произведенную продукцию и куда направить полученное сырье.
Даже улететь из этого безумия так просто не получится. Из-за правительственных игр с курсом доллара большинство авиакомпаний либо вообще прекратили, либо резко уменьшили количество рейсов в/из Венесуэлы. И теперь, чтобы выбраться из страны, венесуэльцам приходится сначала плыть до одного из ближайших государств на Карибских островах и уже оттуда лететь дальше.
Президент Венесуэлы Мадуро не отрицает, что страна переживает тяжелейший кризис. Но отступать в своей войне со здравым смыслом он тоже не намерен. На все вопросы у него одно объяснение: во всем виноваты США, которые пытаются экономически задушить социалистическую Венесуэлу и напрямую и опосредованно – с помощью пятой буржуазной колонны внутри страны.
Никаких разумных мер для борьбы с кризисом венесуэльское правительство не предпринимает. Вместо этого министры периодически выступают с заявлениями, что дефицит того-то со дня на день будет окончательно побежден, потому что они заключили соглашение с каким-нибудь заводом, который уже завтра всего в избытке напроизводит. Для борьбы с особо опасным дефицитом – дефицитом еды – Мадуро создал специальный пост вице-президента по продуктовому суверенитету. Ну и, конечно, Китай: венесуэльцы регулярно выслушивают речи своего президента о том, что Пекин пообещал ему очередную порцию миллиардов, а значит, зажиточная жизнь не за горами. В реальности Мадуро надеется только на одно – на то, что цены на нефть опять вырастут. Поэтому он непрерывно катается по разным нефтяным столицам, от Мехико и Москвы до Тегерана и Рияда, и уговаривает лидеров других нефтеэкспортеров: давайте сговоримся, давайте снизим добычу, давайте сделаем хоть что-нибудь, чтобы поднять цены. Многие из его коллег, наверное, были бы рады с ним сговориться, но разве можно друг другу поверить. Обязательно обманет: ты сократишь, а он будет наслаждаться выросшими ценами. Конечно, дешевая нефть угрожает гибелью им всем, но ведь не одновременной. Первым в очереди все равно стоит Мадуро, а там будет видно.
Никаких разумных мер для борьбы с кризисом венесуэльское правительство не предпринимает. Вместо этого министры периодически выступают с заявлениями, что дефицит того-то со дня на день будет окончательно побежден, потому что они заключили соглашение с каким-нибудь заводом, который уже завтра всего в избытке напроизводит. Для борьбы с особо опасным дефицитом – дефицитом еды – Мадуро создал специальный пост вице-президента по продуктовому суверенитету. Ну и, конечно, Китай: венесуэльцы регулярно выслушивают речи своего президента о том, что Пекин пообещал ему очередную порцию миллиардов, а значит, зажиточная жизнь не за горами. В реальности Мадуро надеется только на одно – на то, что цены на нефть опять вырастут. Поэтому он непрерывно катается по разным нефтяным столицам, от Мехико и Москвы до Тегерана и Рияда, и уговаривает лидеров других нефтеэкспортеров: давайте сговоримся, давайте снизим добычу, давайте сделаем хоть что-нибудь, чтобы поднять цены. Многие из его коллег, наверное, были бы рады с ним сговориться, но разве можно друг другу поверить. Обязательно обманет: ты сократишь, а он будет наслаждаться выросшими ценами. Конечно, дешевая нефть угрожает гибелью им всем, но ведь не одновременной. Первым в очереди все равно стоит Мадуро, а там будет видно.
Источник:
Ссылки по теме:
- Удивительное о нефти: из нее делают игрушки, лекарства и еду
- Европа теряет из-за санкций, а США и Россия приобретают
- Роль нефти в экономике России
- Иран и Венесуэла поднимут цены на нефть
- Интересные факты о сланцевой нефти
реклама
1. Криминал.
Естественно я знал, что в Венесуэле социализм и тоталитаризм, для меня в этом ничего нового нет, сам при этом жил. Но обычно с таким строем ассоциируется безопасность на улицах и низкая преступность. Как на Кубе, например. Мне один грек рассказывал, кто ездил на Кубу отдыхать: "Как только Кастро уберут, там преступность возрастёт в разы. Они и сейчас на тебя смотрят, как будто напасть и ограбить хотят, но государства боятся". Не то в Венесуэле. Каракас - мировой чемпион по убийствам на душу населения, был в то время, по крайней мере. Въезд в гостиницу напоминает въезд в воинскую часть. Моя была окружена сплошным металлическим забором высотой метров в 7 и такими же воротами. Такси приезжает, вооруженная охрана открывает ворота, такси туда заезжает, ворота закрываются. Только тогда ты вылезаешь из машины и идёшь в гостиницу. Вечером на красном свете никто не останавливается - чтобы не ограбили. Днём в центре города в банке мне давали телохранителя, чтобы просто дойти до продуктового магазина и купить еду (я там работал в банке).
2. Деньги.
Называются они боливары, там на Симоне Боливаре все помешаны, даже страна официально называется "Боливарианская Республика Венесуэла". Тут говорят курс к доллару 6 за один, а тогда был всего 2.20 за один. Это по официальному курсу. Но тогда я не знал, что есть и неофициальный 5 к одному и еще до поездки, обменял долларов двести у одной бабёнки, которая уже там была и у нее боливары остались. По официальному курсу. Потом приехал в венесуэльский банк, и местные сотрудники в очередь выстроились, чтобы по 5 к одному обменять. Ну, нагрела меня та бабенка больше, чем на сотню, зато потом я знал, кому нельзя доверять и кого надо обходить стороной ... Со мной это так. Доверие потерял - никакими силами не восстановишь, но в первый раз я людям верю. А еще в стране очень популярна любая техника из стран первого мира - фотоаппараты, например. С руками оторвут. В стране разрешен обмен только ограниченного числа долларов в год - тогда было только 600, если я не ошибаюсь. Это практически не дает жителям выезжать за границу. Для этого существует даже специальный банковский интрефес "Ультратемпрано" - ну, чтобы электронные валютные транзакции регулировать. Я сам, грешным делом, ее им помогал разрабатывать. А что, ведь компании все равно, деньги платят - значит делай.
3. Дороги.
В центре дороги - ужас, километр порой быстрее пройти , чем проехать. Они там их вроде бы постоянно ремонтируют, асфальт выковыривают, но не убирают, он там так и лежит, мешает проезду.
Полицейских на дороге и вообще в городе я не видел. Может, не повезло. Когда наступает темнота, какие-то люди жгут костры и жарят еду прямо в центре города, на тротуарах и дорогах. Дорога от аэропорта в город вроде нормальная, вокруг горы с налепленными на них бидонфилями - типа фавэлас в Бразилии.
4. Хьюго Чавэс.
Чавэс почему-то любил останавливаться на ночь в одной из гостиниц города, в ее президентском номере. У меня коллеги как раз в этой гостинице в это время жили. С Чавэсом приехала целая армия полицейских, и они заняли позиции везде - в лифтах, на всех лестничных пролетах, по десятку на каждом этаже. Подумалось - так вот она где, вся городская полиция! Ведь в городе-то её не видно. А в одно из воскресений во всем городе отключили электричество. На следующий же понедельник Хьюго выступил с пространной речью по ТВ (он иногда разглагольствовал по нескольку часов), обвиняя в отключении вредительство и происки оппозиции. Работники банка его ненавидели и говорили об этом свободно. Подумалось тогда - неправильный диктатор какой-то. Никто про него особо не боится ничего говорить и преступность развел похуже африканской.
5. Еда, погода, красота женщин
Об этом могу сказать только хорошее, в этом они - такие же, как и многие другие латиноамериканцы. А что еще человеку надо? Ну, вначале, конечно, безопасность должна быть обеспечена и чтобы деньги были.
На фото с портретом Чавэса написано "Мечты превращаются в дела" - насколько мне мой скромный испанский позволяет это понять (А может, МЕЧТЫ СБЫВАЮТСЯ? Хахаха - ч то это мне сразу в голову не пришло.
"Ведь всё-таки, это наш общий газ,
А мечты сбываются только у вас.").
А еще на местных выборах баллотировался СТАЛИН. Ну не мог я это не заснять!
после такой национализвции никто больше технику в эту страну не повез...
Как наглядный пример: загноби и побей одноклассника в школе и скажи ему, что он всех этих проблем лишился бы, если деньги на обед отдавал бы тебе и для подтверждения своих "правильных" понятий покажи свою шестерку, которого действительно ты не бьешь и он выглядит вполне упитанным, но... он никто, шестёрка, твоя. Но есть опасность, что в "гнобливых" окажется сильный паренёк, который набьет тебе морду и распустит эту шайку, или просто у лоха обнаружится брат боксёр старшеклассник, не понимающий твоей политики "сдерживания и мягкой силы".
Таким скрытым, но сильным пареньком ну или "братом боксером" на сегодня пытаются выступить РФ и Кидай - это не школа, потому не все так просто и быстро, но шайку англосаксонской бл.яд.ской цивилизации пора разгонять. Хватит давать право править Миром "исключительным" народам, пора учиться жить в равноправном Мире
но при желании можно и за 10000 р найти
Зачем на них равняться?