50656
13
Мягкое касание и веселый перестук колес по бетонке - еще не повод для оваций. По иронии судьбы, самое мощное крушение в истории гражданской авиации произошло не в воздухе, а на земле.
В 1977 году в канарском аэропорту Ла-Пальма погремел взрыв – бомба террориста не причинила никому вреда, но стала первым актом в чреде ужасных событий того дня. Все прибывающие самолеты были перенаправлены в небольшой аэропорт Лос-Родеос на о. Тенерифе, где туман, неопытный диспетчер и переполненное летное поле довершили начатое дело. На взлетной полосе столкнулись два «Боинг-747», наполненные «под завязку» топливом и пассажирами. 583 человека вознеслись к небу без помощи самолетов.
Похожим образом завершилась посадка в иркутском аэропорту (2006 г.). Уже приземлившийся Airbus A-310 был развернут и сброшен с ВПП левым двигателем, который, вследствие ошибочных действий экипажа, случайно перешел во взлетный режим. Самолет разрушился и сгорел, из находившихся на борту двухсот с лишним человек смогло спастись лишь 78.
И все же, несмотря на все предрассудки, авиация остается одним из самых безопасных видов транспорта. Авиакатастрофы случаются гораздо реже, чем ДТП или смертельные удары молнией. Даже когда отключается двигатель, выходит из строя система управления и застревают шасси – находящиеся на борту пассажиры имеют немалый шанс благополучно вернуться на землю. Вместо зависших компьютеров и неисправной механизации встает человеческий разум и неистощимая воля к победе.
В 1977 году в канарском аэропорту Ла-Пальма погремел взрыв – бомба террориста не причинила никому вреда, но стала первым актом в чреде ужасных событий того дня. Все прибывающие самолеты были перенаправлены в небольшой аэропорт Лос-Родеос на о. Тенерифе, где туман, неопытный диспетчер и переполненное летное поле довершили начатое дело. На взлетной полосе столкнулись два «Боинг-747», наполненные «под завязку» топливом и пассажирами. 583 человека вознеслись к небу без помощи самолетов.
Похожим образом завершилась посадка в иркутском аэропорту (2006 г.). Уже приземлившийся Airbus A-310 был развернут и сброшен с ВПП левым двигателем, который, вследствие ошибочных действий экипажа, случайно перешел во взлетный режим. Самолет разрушился и сгорел, из находившихся на борту двухсот с лишним человек смогло спастись лишь 78.
И все же, несмотря на все предрассудки, авиация остается одним из самых безопасных видов транспорта. Авиакатастрофы случаются гораздо реже, чем ДТП или смертельные удары молнией. Даже когда отключается двигатель, выходит из строя система управления и застревают шасси – находящиеся на борту пассажиры имеют немалый шанс благополучно вернуться на землю. Вместо зависших компьютеров и неисправной механизации встает человеческий разум и неистощимая воля к победе.
×
В мире ежедневно совершается 50 тысяч коммерческих авиарейсов
Предлагаю вашему вниманию подборку наиболее известных аварийных посадок авиалайнеров, которые, тем не менее, завершились благополучным образом.
А с платформы говорят – это город Ленинград (1963 г.)
История о чудесном спасении самолета, что, в попытке предотвратить падение посреди Северной столицы, сумел приводниться на Неву.
Предыстория такова: пассажирский авиалайнер Ту-124 следовавший рейсом Таллин – Москва доложил о неполадках, возникших на его борту. Сразу после взлета носовую стойку шасси заклинило в полуубранном положении. Ближайшим аэропортом, где имелась возможность посадить аварийный самолет «на брюхо» был ленинградский аэропорт «Пулково» (в те времена – «Шоссейная»). Туда и было решено направить «Тушку».
Прибыв на место, лайнер принялся «нарезать круги» над Ленинградом. Для скорейшей выработки горючего он барражировал на высоте менее 500 метров, в это время экипаж активно пытался разблокировать механизм шасси с помощью металлического шеста. За этим увлекательным занятием их и застала весть об остановке левого двигателя из-за нехватки горючего. Командир и второй пилот бросились к штурвалам и, получив разрешение на сквозной пролет над городом, срочно повели «Тушку» в сторону «Пулково». В это время остановился второй двигатель. Запаса высоты не хватало, даже на увод самолета за пределы города.
В этот момент командир воздушного судна Виктор Яковлевич Мостовой принял единственно верное решение – попытаться посадить самолет на зажатую в гранитные берега Неву. Авиалайнер миновал на высоте 90 м Литейный мост, помчался в 30 метрах над Большеохтинским мостом, перепрыгнул на высоте нескольких метров строящийся мост А. Невского и рухнул в воду, едва не зацепив крылом паровой буксир.
Посадка получилась на удивление мягкой: все 45 пассажиров и 7 членов экипажа остались в живых. Летчиков, по традиции, немедленно взяли под руки сотрудники КГБ, однако, вскоре всех пришлось отпустить в связи с интересом мировых СМИ к этой невероятной посадке и героям, чьи действия спасли пять десятков человек из, казалось бы, совершенно безвыходной ситуации.
Рейс Париж-Сеул
Пассажиры рейса №902 авиакомпании Korean Air Lines (KAL), вылетевшие 20 апреля 1978 года из Парижа в Сеул, возможно, до сих пор толком не знают, почему и как вместо промежуточной посадки в Анкоридже их самолет оказался на льду лесного озера в Карелии. Но те из них, кто еще жив, должны поднять бокалы за своего пилота: это он тридцать лет назад вывез их с того света. Правда, не всех.
Вылетев из Парижа и взяв курс на север, Boeing 707 пересек Ла-Манш, благополучно миновал Великобританию, но на траверзе Исландии неожиданно сошел с воздушной трассы, пролетел над Шпицбергеном и, еще раз довернув вправо, направился в сторону Кольского полуострова. Дуга у капитана Кима получилась с радиусом под две тысячи километров — такое впечатление, что спали все, включая автопилот.
Посадка получилась на удивление мягкой: все 45 пассажиров и 7 членов экипажа остались в живых. Летчиков, по традиции, немедленно взяли под руки сотрудники КГБ, однако, вскоре всех пришлось отпустить в связи с интересом мировых СМИ к этой невероятной посадке и героям, чьи действия спасли пять десятков человек из, казалось бы, совершенно безвыходной ситуации.
Рейс Париж-Сеул
Пассажиры рейса №902 авиакомпании Korean Air Lines (KAL), вылетевшие 20 апреля 1978 года из Парижа в Сеул, возможно, до сих пор толком не знают, почему и как вместо промежуточной посадки в Анкоридже их самолет оказался на льду лесного озера в Карелии. Но те из них, кто еще жив, должны поднять бокалы за своего пилота: это он тридцать лет назад вывез их с того света. Правда, не всех.
Вылетев из Парижа и взяв курс на север, Boeing 707 пересек Ла-Манш, благополучно миновал Великобританию, но на траверзе Исландии неожиданно сошел с воздушной трассы, пролетел над Шпицбергеном и, еще раз довернув вправо, направился в сторону Кольского полуострова. Дуга у капитана Кима получилась с радиусом под две тысячи километров — такое впечатление, что спали все, включая автопилот.
Первую свечку своим богам пассажиры должны поставить за то, что их самолет не уничтожили зенитной ракетой еще на подлете к Мурманску. Высланный на перехват Су-15ТМ получает приказ сбить нарушителя. Выполняя приказ, пилот открывает огонь по лайнеру, но пассажирам везет во второй раз: ракета с тепловым наведением игнорирует сопло двигателя и попадает в консоль левого крыла. После взрыва оно становится на три метра короче, а осколки повреждают гидроприводы и пробивают фюзеляж. Разгерметизация на высоте девять километров — это смерть, и пилот Ким Чанг Кью это знает: он быстро снижается.
А что Boeing? На какое-то время «охотники» его потеряли, а затем вновь обнаружили «хромающим» на высоте двести метров вдоль железной дороги мурманского направления. Расстреливать два раза уставы не велят? Пилот истребителя, заметив вытянутое озеро, дает нарушителю последний шанс. Перехватчик включает посадочные фары и, обозначив «раненому» лайнеру глиссаду, занимает позицию над Боингом. На этот раз Ким Чанг Кью понял команду с первого раза: сделав заход со стороны мурманской трассы, пассажирский самолет коснулся подтаявшего снега и, проскользив около пятисот метров по льду, замер на опушке леса.
Гонка со смертью
31 декабря 1988 года экипаж Ту-134 так торопился к праздничному столу, что выбрал снижение по самой крутой траектории, не обращая внимания на истошные вопли сигнализации о слишком высокой скорости и быстром приближении к земле. При скорости 460 км/ч в нарушение всех правил и инструкций были выпущены шасси. Выпускать закрылки было уже поздно – на такой скорости воздушный поток просто оторвал бы их "с мясом".
Скорость в момент касания составила 415 км/ч (при максимально допустимом значении по условиям прочности шасси 330 км/ч). Тем самым, экипаж советского лайнера установил до сих пор никем непобитый рекорд посадочной скорости в гражданской авиации.
А что Boeing? На какое-то время «охотники» его потеряли, а затем вновь обнаружили «хромающим» на высоте двести метров вдоль железной дороги мурманского направления. Расстреливать два раза уставы не велят? Пилот истребителя, заметив вытянутое озеро, дает нарушителю последний шанс. Перехватчик включает посадочные фары и, обозначив «раненому» лайнеру глиссаду, занимает позицию над Боингом. На этот раз Ким Чанг Кью понял команду с первого раза: сделав заход со стороны мурманской трассы, пассажирский самолет коснулся подтаявшего снега и, проскользив около пятисот метров по льду, замер на опушке леса.
Гонка со смертью
31 декабря 1988 года экипаж Ту-134 так торопился к праздничному столу, что выбрал снижение по самой крутой траектории, не обращая внимания на истошные вопли сигнализации о слишком высокой скорости и быстром приближении к земле. При скорости 460 км/ч в нарушение всех правил и инструкций были выпущены шасси. Выпускать закрылки было уже поздно – на такой скорости воздушный поток просто оторвал бы их "с мясом".
Скорость в момент касания составила 415 км/ч (при максимально допустимом значении по условиям прочности шасси 330 км/ч). Тем самым, экипаж советского лайнера установил до сих пор никем непобитый рекорд посадочной скорости в гражданской авиации.
Когда через 6 секунд скорость снизилась до 380 км/ч, гонщики-пилоты впервые за весь полет задумались, как бы им замедлиться. Несмотря на все принятые ими меры (реверс двигателей, выпуск закрылков и интерцепторов, торможение) самолет все-таки выкатился за пределы ВПП и остановился на полосе безопасности, в 1,5 метрах от схода на грунт. К счастью, в инциденте пострадали лишь головы нерадивых пилотов.
Летайте кабриолетами Aloha Airlines!
В том же 1988 году произошел другой удивительный случай.
У старенького «Боинга», выполнявший рейс по маршруту Хило - Гонолулу (Гавайские о-ва), вследствие взрывной декомпрессии сорвало 35 кв. метров обшивки фюзеляжа. ЧП произошло на высоте 7300 метров при скорости полета около 500 км/ч. 90 пассажиров в один миг оказались в ревущем потоке воздуха, скорость которого в 3 раза превосходила скорость ураганного ветра; при температуре воздуха за бортом минус 45°С.
Летайте кабриолетами Aloha Airlines!
В том же 1988 году произошел другой удивительный случай.
У старенького «Боинга», выполнявший рейс по маршруту Хило - Гонолулу (Гавайские о-ва), вследствие взрывной декомпрессии сорвало 35 кв. метров обшивки фюзеляжа. ЧП произошло на высоте 7300 метров при скорости полета около 500 км/ч. 90 пассажиров в один миг оказались в ревущем потоке воздуха, скорость которого в 3 раза превосходила скорость ураганного ветра; при температуре воздуха за бортом минус 45°С.
Пилоты экстренно снизились и сбросили скорость до 380 км/ч, тем не менее, 65 человек успели получить травмы и обморожения различной степени тяжести. Спустя 12 минут самолет с минутным отклонением от графика приземлился в аэропорт Гонолулу.
Единственной жертвой необычной аварии стала стюардесса – несчастную выбросило за борт в момент разрушения фюзеляжа.
«Планер Гимли» (1983 г.) и «Пилоты века» (2001 г.)
«Планер Гимли» - такое имя носил Боинг-767-233 (б/н C-GAUN 22520/47) авиакомпании Air Canada, совершивший удивительный подвиг. 132-тонный авиалайнер с остановившимися моторами аккуратно спланировал с высоты 12 000 м и благополучно приземлился на заброшенной авиабазе Гимли (где в этот момент проводились автогонки). Ситуацию осложняла нехватка электроэнергии, вследствие чего отключились многие пилотажные приборы. А давление в гидросистеме стало настолько низким, что пилоты едва могли шевелить элеронами и рулями.
Единственной жертвой необычной аварии стала стюардесса – несчастную выбросило за борт в момент разрушения фюзеляжа.
«Планер Гимли» (1983 г.) и «Пилоты века» (2001 г.)
«Планер Гимли» - такое имя носил Боинг-767-233 (б/н C-GAUN 22520/47) авиакомпании Air Canada, совершивший удивительный подвиг. 132-тонный авиалайнер с остановившимися моторами аккуратно спланировал с высоты 12 000 м и благополучно приземлился на заброшенной авиабазе Гимли (где в этот момент проводились автогонки). Ситуацию осложняла нехватка электроэнергии, вследствие чего отключились многие пилотажные приборы. А давление в гидросистеме стало настолько низким, что пилоты едва могли шевелить элеронами и рулями.
Причина инцидента – ошибка наземных служб аэропорта в Оттаве, перепутавших килограммы и фунты. В результате в баки самолета вместо требуемых 20 тонн поступило менее 5 тонн керосина. Положение спасло лишь наличие в кабине опытного КВС Роберта Пирсона (на досуге - планериста-любителя) и второго пилота, бывшего военного летчика М.Квинтала, который знал о существовании заброшенной ВПП Гимли.
Интересно, что похожий случай случился в 2001 году, когда над Атлантическим океаном заглохли двигатели французского «Эйрбаса» летевшего по маршруту Торонто-Лиссабон. КВС Робер Пише
и второй пилот Дирк де Ягер смогли пролететь на «планере» еще 120 км и совершить мягкую посадку на авиабазе Лажеш на Азорских островах.
Полет над жерлом вулкана (1982 г.)
…Стюардесса протянула стаканчик с кофе и, как бы невзначай, взглянула в иллюминатор. Увиденное за бортом не оставило сомнений: опасения пилотов не напрасны. От обоих двигателей исходило странное свечение, подобное вспышкам стробоскопов. Вскоре в салоне появился удушающий запах серы и дыма. Командир Эрик Муди был вынужден сделать одно из самых наивных заявлений в истории гражданской авиации:
«Дамы и господа, говорит командир воздушного судна. У нас возникла небольшая проблема, остановились все четыре двигателя. Мы делаем всё возможное, чтобы их запустить. Надеюсь, это не доставляет вам слишком много беспокойства»
Никто из находившихся в тот момент на борту 248 пассажиров и 15 членов экипажа не подозревал, что «Боинг-747» пролетел через облако вулканического пепла, выброшенного внезапно проснувшимся вулканом Галунггунг (Индонезия). Мельчайшие абразивные частицы забили двигатели и повредили обшивку фюзеляжа, поставив рейс №9 (Лондон-Окленд) на грань катастрофы.
Интересно, что похожий случай случился в 2001 году, когда над Атлантическим океаном заглохли двигатели французского «Эйрбаса» летевшего по маршруту Торонто-Лиссабон. КВС Робер Пише
и второй пилот Дирк де Ягер смогли пролететь на «планере» еще 120 км и совершить мягкую посадку на авиабазе Лажеш на Азорских островах.
Полет над жерлом вулкана (1982 г.)
…Стюардесса протянула стаканчик с кофе и, как бы невзначай, взглянула в иллюминатор. Увиденное за бортом не оставило сомнений: опасения пилотов не напрасны. От обоих двигателей исходило странное свечение, подобное вспышкам стробоскопов. Вскоре в салоне появился удушающий запах серы и дыма. Командир Эрик Муди был вынужден сделать одно из самых наивных заявлений в истории гражданской авиации:
«Дамы и господа, говорит командир воздушного судна. У нас возникла небольшая проблема, остановились все четыре двигателя. Мы делаем всё возможное, чтобы их запустить. Надеюсь, это не доставляет вам слишком много беспокойства»
Никто из находившихся в тот момент на борту 248 пассажиров и 15 членов экипажа не подозревал, что «Боинг-747» пролетел через облако вулканического пепла, выброшенного внезапно проснувшимся вулканом Галунггунг (Индонезия). Мельчайшие абразивные частицы забили двигатели и повредили обшивку фюзеляжа, поставив рейс №9 (Лондон-Окленд) на грань катастрофы.
Огромный лайнер планировал над ночным океаном. Прямо по курсу вырастала горная гряда на южном побережье о. Ява. Экипажу предстояло решить – хватит ли у них высоты для того, чтобы перелететь преграду и совершить вынужденную в аэропорту Джакарты, или стоит сразу сажать лайнер на воду. Пока КВС совместно с индонезийским диспетчером подсчитывали оставшееся расстояние и аэродинамическое качество самолета, второй пилот и бортинженер не прекращали попыток перезапустить двигатели. И, о чудо! Четвертый мотор чихнул, выплевывая из себя вулканическую пемзу, дернулся и мерно засвистел. Постепенно удалось ввести в строй еще два двигателя – тяги хватило, чтобы дотянуть до аэропорта, но на посадочной глиссаде возникла другая проблема: лобовое стекло было иссечено абразивными частицами и полностью потеряло прозрачность. Положение осложнило отсутствие автоматического привода на посадку в аэропорту Джакарты. В результате, британцам все-таки удалось благополучно приземлить самолет, глядя через два крошечных сохранивших прозрачность участка на лобовом стекле. Никто из находившихся на борту людей не пострадал.
Чудо на Гудзоне
Нью-Йорк обслуживают три аэропорта, один из которых – Ла Гвардия, расположен в самом центре города. Взлетая, самолеты оказываются над небоскребами Манхэттена. Не правда ли, звучит как завязка для очередного блокбастера в жанре «11 сентября»?
В тот раз дело обстояло похожим образом! Днем 15 января 2009 года из Ла Гвардии вылетел Airbus А-320 со 150 пассажирами на борту, направлявшимися по маршруту Нью-Йорк - Сиэтл. Примерно через 90 секунд после взлета самолет врезался в стаю птиц – бортовой самописец зафиксировал удары и изменение в режиме работы двигателей. Оба двигателя мгновенно «обрезало». В этот момент самолет успел набрать высоту 970 метров. Под крылом стелилась плотная жилая застройка 10-миллионного мегаполиса…
Возвращение назад в Ла Гвардию было исключено. Запаса высоты и скорости хватало лишь на 1,5 минуты полета. КВС мгновенно принял решение – идем к реке! Гудзон (настоящее название – Хадсон ривер) в несколько раз шире Невы и не имеет в нижнем течении значительных изгибов. Главное было дотянуть до воды, аккуратно выровнять самолет – и дальше дело техники. «Эйрбас» шлепнулся в холодную воду и поплыл среди льдин, аки настоящий Титаник. Экипаж и все пассажиры остались живы (впрочем, около 5 плохо пристегнутых пассажиров и стюардесса все же получили серьезные травмы).
Чудо на Гудзоне
Нью-Йорк обслуживают три аэропорта, один из которых – Ла Гвардия, расположен в самом центре города. Взлетая, самолеты оказываются над небоскребами Манхэттена. Не правда ли, звучит как завязка для очередного блокбастера в жанре «11 сентября»?
В тот раз дело обстояло похожим образом! Днем 15 января 2009 года из Ла Гвардии вылетел Airbus А-320 со 150 пассажирами на борту, направлявшимися по маршруту Нью-Йорк - Сиэтл. Примерно через 90 секунд после взлета самолет врезался в стаю птиц – бортовой самописец зафиксировал удары и изменение в режиме работы двигателей. Оба двигателя мгновенно «обрезало». В этот момент самолет успел набрать высоту 970 метров. Под крылом стелилась плотная жилая застройка 10-миллионного мегаполиса…
Возвращение назад в Ла Гвардию было исключено. Запаса высоты и скорости хватало лишь на 1,5 минуты полета. КВС мгновенно принял решение – идем к реке! Гудзон (настоящее название – Хадсон ривер) в несколько раз шире Невы и не имеет в нижнем течении значительных изгибов. Главное было дотянуть до воды, аккуратно выровнять самолет – и дальше дело техники. «Эйрбас» шлепнулся в холодную воду и поплыл среди льдин, аки настоящий Титаник. Экипаж и все пассажиры остались живы (впрочем, около 5 плохо пристегнутых пассажиров и стюардесса все же получили серьезные травмы).
Главным героем этой истории, несомненно, стал Чесли Салленбергер – бывший военный летчик, когда-то пилотировавший «Фантом».
Таёжный роман
7 сентября 2010 года в глухой сибирской глуши приземлился Ту-154Б авиакомпании «Алроса», следовавший по маршруту Якутия - Москва. Через 3,5 часа после взлета на его борту произошла полная потеря электропитания: отключилось большинство приборов, остановились топливные насосы, стало невозможным управление механизацией крыла. В расходном баке в фюзеляже оставался оперативный запас топлива (3300 кг), которого хватало лишь на 30 минут полета. Снизившись на высоту 3000 м, пилоты начали визуальный поиск подходящей площадки для посадки 80-тонного монстра. В качестве авиагоризонта использовался обычный стакан с водой.
Удача! Впереди показалась бетонная полоса аэропорта Ижма. Короткая - всего 1350 метров. В два раза меньше, чем необходимо для нормальной эксплуатации Ту-154Б. В прошлом здесь приземлялись самолеты 3-4 классов (Як-40, Ан-2 и т.д.), но с 2003 года полоса была окончательно заброшена и использовалась лишь как вертолетная площадка. Сюда и предстояло сажать аварийный самолет. Ввиду невозможности выпустить закрылки и предкрылки, посадочная скорость «Тушки» превышала расчетное значение почти на 100 км/ч. Пилоты смогли посадить плохо управляемый самолет на «три точки», но остановиться на полосе оказалось невозможно – Ту-154 выкатился в мелкий ельник на 160 м за торцом ВПП. Никто из 72 пассажиров и девяти членов экипажа не пострадал.
Командиру воздушного судна Е.Г. Новоселову и второму пилоту А.А. Ламанову было присвоено звание Героев Российской Федерации. Остальные члены легендарного экипажа (бортпроводники, штурман и бортинженер) были награждены Орденами Мужества.
Самолет прошел на месте эрзац-ремонт и своим ходом (!) перелетел в Самару на авиационный завод «Авиакор». Летом 2011 года отремонтированная машина была возвращена владельцу для дальнейшей эксплуатации на пассажирских авиалиниях.
Таёжный роман
7 сентября 2010 года в глухой сибирской глуши приземлился Ту-154Б авиакомпании «Алроса», следовавший по маршруту Якутия - Москва. Через 3,5 часа после взлета на его борту произошла полная потеря электропитания: отключилось большинство приборов, остановились топливные насосы, стало невозможным управление механизацией крыла. В расходном баке в фюзеляже оставался оперативный запас топлива (3300 кг), которого хватало лишь на 30 минут полета. Снизившись на высоту 3000 м, пилоты начали визуальный поиск подходящей площадки для посадки 80-тонного монстра. В качестве авиагоризонта использовался обычный стакан с водой.
Удача! Впереди показалась бетонная полоса аэропорта Ижма. Короткая - всего 1350 метров. В два раза меньше, чем необходимо для нормальной эксплуатации Ту-154Б. В прошлом здесь приземлялись самолеты 3-4 классов (Як-40, Ан-2 и т.д.), но с 2003 года полоса была окончательно заброшена и использовалась лишь как вертолетная площадка. Сюда и предстояло сажать аварийный самолет. Ввиду невозможности выпустить закрылки и предкрылки, посадочная скорость «Тушки» превышала расчетное значение почти на 100 км/ч. Пилоты смогли посадить плохо управляемый самолет на «три точки», но остановиться на полосе оказалось невозможно – Ту-154 выкатился в мелкий ельник на 160 м за торцом ВПП. Никто из 72 пассажиров и девяти членов экипажа не пострадал.
Командиру воздушного судна Е.Г. Новоселову и второму пилоту А.А. Ламанову было присвоено звание Героев Российской Федерации. Остальные члены легендарного экипажа (бортпроводники, штурман и бортинженер) были награждены Орденами Мужества.
Самолет прошел на месте эрзац-ремонт и своим ходом (!) перелетел в Самару на авиационный завод «Авиакор». Летом 2011 года отремонтированная машина была возвращена владельцу для дальнейшей эксплуатации на пассажирских авиалиниях.
Источник:
Як-40 выполнял рейс из курортного города Пржевальска, что на озере Иссык-Куль, в аэропорт Манас города Фрунзе. Во время снижения, при пересечении высоты 7 тысяч метров, на лайнере произошел взрыв. Взорвался гидроаккумулятор — и вся гидрожидкость вылетела в разряженное пространство. Но это выяснится позже, уже на земле.
Яркие лучи слепили глаза, поэтому мы не сразу заметили загоревшееся табло, сигнализирующее об отказе какой-то системы. Но сразу это почувствовали. Отказало управление стабилизатором, отключился автопилот, самолет стал «клевать» носом. Пришлось взять лайнер на руки — пилотировать вручную.
При снижении, когда самолет движется по установленной траектории, эта мера практически безопасна, пояснил опытный пилот. Совсем другое дело, когда самолет надо вывести в горизонтальное положение, притом что стабилизатор уведен на пикирование. У командира корабля немели руки от напряжения. Поэтому штурвал держали по очереди со вторым пилотом. Еще и бортмеханик помогал. Но это еще было, как говорится, полбеды.
По прибытии к аэродрому выяснилось, что невозможно выпустить шасси. шасси не выпускались ни от основной, ни от аварийной систем. Оставалась единственная возможность приземления — произвести посадку без шасси, прямо на «брюхо». На борту было 40 пассажиров, среди них много пограничников, детей, которые возвращались домой после летних каникул.
— Нервоза никакого не было — все члены экипажа действовали четко, согласно инструкции.
Пока Як-40 кружил в небе, расходуя остатки керосина, чтобы избежать взрыва во время аварийного приземления, внизу крылатую птицу уже поджидали пожарные машины, техническая и скорая медицинская помощь. Но она ни одному из пассажиров не понадобилась. Последний заход, и… лайнер с выключенными двигателями заскользил животом по песчаному арбузному полю, которое тянулось вдоль аэродрома.
Метров через 500 самолет на ходу зацепил крылом бугор, развернулся и застыл под рев тревожных сирен. Перепуганных пассажиров эвакуировали в считанные минуты. Командир корабля Коннов покидал воздушное судно последним, когда салон был уже пуст. Зарытый носом в песок дымящийся борт до сих пор перед его глазами.
— Не считая задымления со стороны шасси, которое пожарные заливали водой из брандспойта, наш Як-40 остался практически невредимым, — заметил пилот. — Когда потом подогнали электрокары с матрасами и подняли самолет, он был в нормальном состоянии, технически годным к эксплуатации. Даже проблесковый маяк, находящийся в нижней части воздушного судна, остался целым.
От Горбачева — орден...
Впереди экипажу предстояли длительные разбирательства, расшифровка «черного ящика», доказывание своей правоты в прокуратуре и бессонные ночи в ожидании окончательного вердикта экспертной комиссии. Он был таков: вины летчиков в аварии нет, причиной взрыва стал производственный дефект, допущенный специалистами завода-изготовителя, когда самолет находился на последнем ремонте.
Гайка на гидроаккумуляторе была затянута не по ГОСТу — резьба не та. Казалось бы, такая мелочь… Но в работе тех, кто связан с авиацией, не может быть мелочей. Любая оплошность может стоить многих жизней. Тот рейс завершился благополучно во многом благодаря профессионализму и мужеству, проявленным летным экипажем в нестандартной аварийной ситуации.
Указом Президента СССР командир корабля Андрей Коннов, второй пилот Александр Настаев и бортовой механик Анатолий Осадчий были награждены орденом «За личное мужество». Это была последняя правительственная награда, учрежденная перед распадом Союза.
"Приземление самолета произошло в 12:31:36 на скорости 230 км/ч и удалении 950…1000 м от входного торца ВПП 19 на левую опору шасси.
Вертикальная перегрузка в момент приземления составила ~1.12 ед. Через 3 секунды после приземления произошло опускание передней опоры шасси. Обжатия правой опоры шасси не произошло, самолет двигался с левым креном -1…-1.5 , наиболее вероятно, из-за бокового ветра справа.
В 12:31:40, практически одновременно с опусканием передней опоры шасси, экипаж перевел рычаги управления реверсом (РУР) двигателей в положение максимального реверса (РУР были переведены в один прием в положение -37 ) и применил торможение колес от педалей.
Судя по тому, что торможение производилось с места левого летчика, активное управление на этапе посадки осуществлял КВС.
После перевода РУР на режим максимального реверса перекладки створок реверса не произошло. Обязательным условием перекладки створок реверса на режим обратной тяги для самолета Ту-204-100В является обжатие обеих основных опор шасси. После приземления самолета обжатия правой опоры шасси не произошло (об этом свидетельствует отсутствие разовой команды «Обжатие правой стойки шасси»), что привело к блокировке перекладки створок реверса. По этой же причине не произошло автоматического выпуска воздушных тормозов и интерцепторов после приземления..."
Сама статья здесь, очень подробно и интересно
http://aviado.ru/news/20140303/17110/http://aviado.ru/news/20140303/17110/
Источник http://aviado.ru/news/20140303/17110/http://aviado.ru/news/20140303/17110/
Состояние полосы и сцепление с ней тут ни при чём, см. свои фантазии выше ))
В полете эти системы деактивированы, включить их можно только после того, как автоматика самолета получила информацию о приземлении. Это происходит в результате обжатия стоек шасси — коснувшись ВПП, самолет своим весом давит на стойки шасси, амортизаторы сжимаются и концевой выключатель передает в систему управления сигнал о приземлении. По словам специалистов, у Ту-204 автоматический выпуск воздушных тормозов и интерцепторов, а также перекладка створок реверсивных устройств двигателей и подача давления в тормоза колес происходит только после обжатия обеих основных опор шасси — этот факт чрезвычайно важен для понимания ситуации.
Источник http://www.ato.ru/blogs/blog-alekseya-sinickogo/tehnicheskaya-storona-katastrofy-tu-204http://www.ato.ru/blogs/blog-alekseya-sinickogo/tehnicheskaya-storona-katastrofy-tu-204
После приземления произошел пожар в двух двигателях и багажном отсеке.
На борту находились 307 пассажиров и 14 членов экипажа.
Никто не пострадал.
21 сентября 2001г. аэрофлотовский Ил-86 приземлился в международном аэропорту Дубай с невыпущенными шасси. Сама посадка была выполнена с ювелирной точностью - после того, как аэробус, легко стукнувшись о бетонку, стремительно заскользил по плитам, кто-то из пассажиров даже захлопал в ладоши. Впрочем, аплодисменты мгновенно стихли, когда люди увидели снопы искр, вырывающиеся из-под фюзеляжа.
Во время посадки в международных аэропортах российские пилоты руководствуются местными правилами, а автоматика самолета остается верной схеме, на которую ее настроили на заводе. То есть начинает реветь сирена и мигать предупредительное табло, сигнализирующие, что порядок действий экипажа нарушен. Ревущую сирену летчики, чтобы не мешала, отключают, хотя это запрещено инструкциями.
Так произошло и в Дубае. Но ошибка летчиков заключалась не только в этом. При посадке роли в экипаже распределялись так: второй пилот сажал машину, а первый при этом учил своего напарника садиться в иностранных аэропортах. И оба летчика "забыли" про бортинженера, действия которого они, опять же в соответствии с инструкцией, обязаны были контролировать. Бортинженер, оказавшись в одиночестве, был вынужден задавать обязательные при посадке вопросы сам себе и сам же отвечать на них. "Частота аэропорта? Такая-то, настроена. Давление за бортом? Такое-то, выставлено. Посадочный маяк? Отдан. Скорость? Триста. Шасси? Выпущено",- проговорил он, но забыл выполнить последнюю собственную команду.
Вот ещё фотки с той посадки.
http://ru.m.wikipedia.org/wiki/Расследования_авиакатастрофhttp://ru.m.wikipedia.org/wiki/Расследования_авиакатастроф