Беженец из Сирии за год в России стал миллионером! Беженец из Сирии за год в России стал миллионером! У Мутко обнаружена недвижимость почти на миллиард У Мутко обнаружена недвижимость почти на миллиард Стал известен самый лучший ужастик 2017 года Стал известен самый лучший ужастик 2017 года Попрошайки-школьники в МакДональдсе. Прилично одетые. Не просят, а требуют уже Попрошайки-школьники в МакДональдсе. Прилично одетые. Не просят, а... Осторожно, разводка с "разбитым телефоном" Осторожно, разводка с "разбитым телефоном" "В реанимацию, срочно!" Фельдшер — о "жертвах" прививок "В реанимацию, срочно!" Фельдшер — о "жертвах" прививок Как я случайно мужику мозг сломала Как я случайно мужику мозг сломала Установил Linux... и понеслось Установил Linux... и понеслось Страшные трагедии СССР, которые скрывали от нас на протяжении многих лет Страшные трагедии СССР, которые скрывали от нас на протяжении... Цена вопроса Цена вопроса Семья троллей 15 лет рассылает очень странные рождественские открытки Семья троллей 15 лет рассылает очень странные рождественские открытки Гифки дня Гифки дня 8 интересных фактов о фильме «Мы из джаза» 8 интересных фактов о фильме «Мы из джаза» Школьнику, над которым издевались ровесники, предложили помощь звезды Школьнику, над которым издевались ровесники, предложили помощь звезды - Князь! - А? - Беда! - Чего там? - Оказывается Пересвет был под допингом! - И чего теперь? - Князь! - А? - Беда! - Чего там? - Оказывается Пересвет был под... Очень быстрые булочки «Завтрак мужу на работу» Очень быстрые булочки «Завтрак мужу на работу» Очередная порция картинок с подписями Очередная порция картинок с подписями Гора из «Игры престолов» завёл себе подружку. И она меньше его примерно в два раза Гора из «Игры престолов» завёл себе подружку. И она меньше его... Откуда такая наглость? Откуда такая наглость?

Истории

12216

Сказка о продвинутых дедке и бабке. Чтение _ лучшее лекарство от скуки ;) ))
Жили-были старик со старухой. Не было у них ни хлеба, ни соли, ни кислых щей. Они эту гадость вообще не ели. Продвинутые были
люди потому что и превосходно знали, что от хлеба с солью, да с кислыми щами кроме изжоги ничего больше не выгадаешь. Ну, еще
повышенную кислотность с последующим гастритом. А то и язвой желудка. Непременно с прободением его стенок. И фатальным исходом. Ну, старой закалки были старички, НЭП помнили и скучали по нему очень. Ленина еще отдельно от формалина помнили и шибко
рефлексовали по этому поводу. Да и формалин отдельно от Ленина тоже помнили, хоть наивно полагали, что это средство для дубления кожи, а вовсе не стимулятор вечной памяти. Словом, понимали недостатки программы-минимум, поэтому мыслили соответственно,
строгими категориями коммунистического максимума. В смысле, если светлое будущее, то всем, гадам, без исключения. А если язва
желудка, то прободение должно быть архиобязательно, а то это и не язва вовсе, так, мелкая контра Троцкий и левое эссерское
отродье Каутский. Поэтому и не ели дряни всякой. Булку ели. С маслом. Икру ели, любого пролетарского или рабоче-крестьянского
цвета. Суп-харчо уважали или похлебку какую. Из черепаховой гребенки. А хлеб с солью справедливо считали попыткой недобитых
белогвардейцев отравить непобедимое нутро гегемона. И правильно считали, к слову сказать. Потому что жизнь их не баловала и
особыми чудесами не потчевала.
Дед, в прошлом - снабженец во Внешторге, только и знал, что искать, находить, добывать и в закрома стаскивать. К пенсии, кстати, поднакопил маленько хлама всякого, там камушков, металлов разных незамутненных, пару кило червоного вздора царской чеканки.
Короче, все что по сусекам завалялось и в коробах запылилось. То есть, всю жизнь пахал, как Валаамова ослица, Буриданов осел и
ишак Ходжи Насреддина вместе взятые. Ну, если бабка не приврала. Но у бабки была, в целом, хорошая репутация. Она, бездельница с невообразимым стажем, всю жизнь взаперти - хоть и хоромы, так ведь лесная опушка, зверье дикое или люди лихие приключиться могут – над дедовым хламом этим чахла и от скуки разную ерунду почитывала, там тезисы апрельские, справочник слесаря-сварщика или,
скажем, медицинскую энциклопедию. И потом деду все рассказывала. Дед очень удивлялся, языком цокал - мол, ай да верхи, ай да
низы, ай да электроды. Авициена, между прочим, голова! Хоть и басмачий прихвостень. И с язвой желудка, опять же, все ясно. В
смысле, с прободением. Потому что эрудиция - страшная сила! А силу дед уважал. Даже благоговел перед силой. Однако подкаблучником он вовсе не был. Собственно, из-за этого все и произошло.
Случился как-то неожиданно День Десантника. Не то, чтобы дед имел отношение, но праздники державные ценил. Церковные, к слову,
тоже. Но державные больше. И свято верил, что раз царь велел праздновать, стало быть пристало смерду смиренно праздновать. А
новая терминология, конечно, куда лучше буржуйской – да и царей упразднили давно - но совсем не повод от повинностей отлынивать. Велено праздновать - изволь праздновать! Вот и наквасился дед с какими-то оторвами в полосатом исподнем и голубых картузах. Даже заплатил за всех. Но потом такое огорчение на него накатилось, такая из него темная грусть выплеснулась и такой осадок на душе
остался, что дед, до дому доползши, устроил бабке гоп со смыком, Варфоломеевскую ночь и зимний вечер в геене огненной. Если,
разумеется, бабка таки не приврала, страху натерпевшись. Уж дед и дворянское прошлое ей припомнил, и соседа-диссидента, и очочки в золотой оправе, и эрудицию ее унизительную, и будуарную ограниченность длиной в золотую молодость. Словом, загнал старуху под плинтус, как фашисты – Сергея Лазо в топку краснознаменного бронепоезда. Такую классовую ненависть к ней испытал, что едва в
штыки не взял. Но одумался, о возрасте вспомнил, о половом антракте без права на апелляцию и решил дать ей шанс на искупление.
- Значит так, бабка, - заявил дед, - Хватит без дела шататься! Необычного хочу чего-нибудь! Прямо сейчас! Поняла? Организм
требует орально-когнитивного диссонансу!
Бабка покраснела и принялась невнятно бормотать, что срам-то какой... седина в бороду... бес опять же... последний раз еще до
перестройки...
- Не понял? - осекся дед, - Какой срам? Где срам? Что в еде срамного? Да ты совсем сбрендила от безделья, старая?! Испеки мне
кулебяку! Собственноручно!
- Испечь? - опешила бабка, - Ну и сказал бы так сразу, старый осел! А то - хочу! Прямо сейчас! Стахановец половозрелый выискался! Келубяку, говоришь? А как?
- Что - как? - не понял дед.
- Как испечь-то? Я ж отродясь у печи не стояла! Или у плиты.
- Ты много где не стояла! - взвился дед, - Изволь кулебяку испечь - и все тут.
- На паперти, например, не стояла! - парировала бабка, - Тоже упрекать станешь?
- За это - не стану! - ощерился дед, - Там от тебя окромя сраму... На неустойках разорюсь. Голубая кровь! И хорошо, что не стояла!- Ну, про неустойки помолчал бы! Тебя тоже много где не стояло, охальник! - кольнула бабка, - Даже там, где положено! А туда же - попрекать! - Я деньги зарабатывал! Тебя содержал! А ты мне кулебяку испечь не можешь! На кухню! Живо!
И как зыркнул на старуху - вот прямо как Моше Даян на карту Египта. Старуха, хоть и не семи пядей во лбу, а задним умом крепка
была. Поняла, что аннексией Синайского полуострова пахнет - и на попятную:
- Ладно, ладно! Испеку. Только ты руководи, да? Наставляй, поправляй там. С чего начать-то?
Ну, дед повелся, конечно, и по привычке брякнул:
- Стройматериалов наскрести надо. Муки, то бишь, яиц там, этих.. дрожжей, кажется. По сусекам, по коробам. Как водится.
- Ну да?! - удивилась бабка, - По сусекам да коробам? Так там после тебя маковой росинки не сыскать!
Но дед вдругорядь яриться не стал, махнул рукой и говорит так спокойненько:
- Как хочешь, так и пеки. А не спечешь, я тебя в карты проиграю. Студентам. Из Тринидад-и-Табаго. А мне недосуг, старая. Вечером вернусь - чтоб кулебяка была!
И ушел, дверью хлопнув. В сортир. С "Коммерсантом" и "Историей ВДВ" Муки бабка, конечно, наскребла. У нее еще с времен
продразверстки кое-что в схроне лежало. Тоже, поди, стреляный воробей была. Подивилась, правда, цвету диковинному зеленому,
запашку странному, но недолго. Кто ее знает, муку эту? Может, она такой и в молодости уже была. Только мука мукой, а что с ней
дальше делать, ась? Вроде в памяти колышется что-то... Великая кулебяка на Благовещение, что ли? Черт его знает! Не помнила
старуха ничего больше. Пришлось смекалкой брать. Смешала муку с водой, в шар скатала и на сковородку шмякнула. Спрягать, стало
быть. Даже сподобилась пару раз перевернуть. И что бы вы думали? Таки выпекла эту кубля.. кульбля... куебля.. ку... (Тьфу ты,
старый развратник! Ишь выдумал!) Бяку эту, прости Лаврентий Палыч и сохрани! Выпекла, значит, и на подоконник остывать поставила.Вечером, верный слову коммунара, дед вернулся из сортира - и прямиком на кухню. А там! Там-то, а?! Она, родимая! Кулебяка. Как
живая, ёлки-палки! Покатывается так игриво из стороны в сторону и просто умоляет:
- Съешь меня! Съешь меня! Противным таким дискантом умоляет. "Пора с этим сортирным затворничеством подвязывать!" - подумал дед, - "Того и гляди, деллириум заработаю! Или еще геморрой какой". И бабку позвал. Та прискакала, на творение свое уставилась и
принялась креститься истово. А потом как схватит швабру, да как ринется на бедное животное - еле дед перехватить успел. Швабру
отобрал и важно так говорит:
- Ты, мать, не горячись! Мне, может, впервые за сто лет безупречной семейной жизни из твоих рук харч перепал! А ты его шваброй
удумала пырять? Шалишь! Да пусть твоя кулебяка хоть серной кислотой плюется, совсем как мама твоя, царство ей небесное, а я ее
съем! Как есть съем!
- Съешь меня! Съешь меня! - опять запричитала кулебяка.
Подошел дед поближе, собрался с духом и отщипнул чуток от кулебякина бочка. Сунул в рот. Пожевал геройски. И ка-а-ак выплюнет! Да ка-а-ак заорет:
- Ты, старая, чего удумала? Отравить почетного пенсионера республики?! Это что за дрянь такая?! Это моя кулебяка?!
И на кулебяку перстом брезгливо указал. А та ему возмущенно так:
- Я, между прочим, самец! А уж никак не "такая" и не "ваша
- Это каким местом ты самец? - оторопел дед.
- Я до вашего кишечного тракта не чипаюсь, так и вы до моего гендерного самоопределения не чипайтесь! - отрезала кулебяка. То
есть, отрезал. Кулебяк. И опять проти-и-и-ивно так занудил, - Съешь меня! Ну съешь меня!
Тут уж дед сам за швабру схватился. Кулебяка за окно спихнул, старуху в живот ткнул и погнал ее, горе-пекаря, за горизонт.
Шваброй. А кулебяк с подоконника на крыльцо шмякнулся, с крыльца - на тропинку, а по тропинке в лес покатился. Обрастая по дороге всеми мыслимыми и немыслимыми комплексами и жутко рефлексуя по поводу своей неудобоваримости. Но при этом дело свое не забывал и приставал к зверью неустанно, мол, съешь меня, да съешь меня. Зверье его обнюхивало подозрительно и есть отказывалось наотрез.
Заяц отказался, волк тоже, медведь - и тот не повелся.
И так пока кулебяк на лису не нарвался. Та, бедненькая, вторую неделю насморком маялась. Нюх у нее отшибло начисто, да еще и уши заложило. Типичный гайморит, сказала бы начитанная бабка. Но бабке не до лисы в тот момент было, бабка от деда улепетывала и от швабры уклонялась по мере остатка сил и неожиданно обнаружившихся способностей. А лиса, соответственно, так и страдала от
необразованности и болячки. Подкатил к ней кулебяк и заныл привычно:
- Съешь меня! Съешь меня!
- Чего надо? - насторожилась лиса.
- Съешь меня, говорю! - повторил кулебяк.
- Громче говори, - попросила лиса, - Уши заложило, не слышу нифига.
Кулебяк, не будь дурнем, запрыгнул ей на нос и опять затянул:
- Съешь меня! Съешь меня! Съешь меня!
- Ах, съесть... - растерялась лиса, - А ты чьих будешь, перекатный? Кто такой?
- Бабкин я, - представился кулебяк, - Дедкин. Кулебяк я.
- Не поняла? - отозвалась лиса, - Тоже самое, но громче?
- КУ-ЛЕ-БЯК! - заорал кулебяк, - СЪЕШЬ МЕНЯ, черт тебя подери!
И выругался грязно.
- Ась? Как? Колобок? - переспросила лиса, - Первый раз слышу! А с чем тебя едят?
И пасть от любопытства разинула. На чем и погорела. Отчаявшийся кулебяк прямиком ей в пасть сиганул и по пищеводу в желудок
ломанулся. Только его и видели! А опростоволосившаяся лиса животом потом два дня маялась. И с досады по всему лесу слух пустила про то, как она, умища палата, дивную невидаль схарчила. Которая до этого прочее зверье надула и на съедение не далась. Колобком звали. Так и разнеслась байка про Колобка. И главное-то, главное! Хворь лисью через день как рукой сняло! И нюх вернулся, и слух. Ну, ясное дело! Антибиотик же.
Дед, знай он про такой расклад, очень сокрушался бы, кстати. Ведь кабы не война, не эвакуация, то он еще в сорок первом бабкины схроны перетряс бы. Собирался же. Не успел просто. А вот успел бы - тогда, глядишь, они с бабкой нобелевку за пенициллин получили бы, а не буржуй Санька Флеминг! А так - ни нобелевки, ни кулебяки...

Роковые яйца
После «старого-нового года», на работу не вышел сотрудник. Звоню его скво, говорит-что в больнице тело находится… Нагрёб по
ящикам стола натыренных с корпоратива апельсинов и подался в больницу. Лежит упакованный в гипсовый саркофаг, спрашиваю – как это его угораздило? Отвечает: пригласил значит один мужик другана, на старый новый год попарится в баньке, семья уехала к родителям, можно расслабится… А дружок ужас как любил после парилки в снегу побарахтаться. Ну значит убегает он голышом принять снежную
ванну, а хозяин сидит, греется. Начинает беспокоится: что долго нет другана, и вспомнив, что под снегом разбросаны чугунные шары
для ограды (неиспользованные при строительстве ограды) выбегает предупредить. Выбегая из предбанника видит другана, который в
виде пингвина сидит на одном из шаров. Друган уже синеет но в баню почему то не идёт… Выясняется почему: при купании в снегу он «хозяйством» приклеился к замороженному чугунному ядру (качельки зимой на вкус помните? Вот-вот!). Хозяин смекает-что помочь
может только горячая вода. Забегает в баню, набирает кипятка, но по запарке забывает разбавить кипяток холодной водой. Получив
ведро кипятка в пах – друган резво вскакивает (оставив часть шерсти на чугуне) и с криками (не могу выложить его даже самые
лёгкие каменты даже сдесь) – начинает кататься по снегу, стараясь охладить своё «хозяйство». Естественно история повторяется
(так-как шаров там была ещё много). После второго «отрыва» шерсти уже на «хозяйстве» почти не осталось.
Хозяин ведет другана в предбанник, садит чтобы согрелся у печки и обеззараживает ему травмы: душевные - водкой, телесные –
одеколоном. Всё начинает налаживаться как бы, но тут раздаётся треск поленьев в печке и один уголёк влетает в остатки мха на
причиндалах пострадавшего. Тут же разгорается костерок весёлого зелёного цвета. Попытки прибить пламя веником, валенками и
железным совком – успехом не увенчались и наверное поэтому пострадавший с огоньком убегает в изрядно утоптанный сугроб, где с
остервенением тушит свой локальный пожарчик. Снегом сбито пламя, хозяин накрыв другана халатом повёл его в дом, дабы спиртным
скрасить моральную травму. А тут как раз во двор ворвались ОМОНОвцы, вызванные бздительными соседями, которые слышали вопли с
соседнего участка. Друган в халате был опрокинут на снег точечным ударом кирзача (по какому месту догадаетесь с трёх раз?), где и
застыл в позе «бобика». Пока шло выяснение: кто? как? где документы? где заложники? и ОМОН проржался услышав краткий рассказ
хозяина – друган стоял в той же позе «бобика». От пережитых потрясений и увечий его так «скрутило», что даже попытки ОМОНа его
разогнуть – не увенчались успехом и даже когда чей-то сапог в очередной раз наступал на его причиндалы, друган уже не вопил, а
лишь тихонько повизгивал.
В награду за весело проведённое время, ОМОН согласился на своей «газели» доставить пострадавшего в трамопункт, куда его везли в той же позе, только поверх набросили простынку. Принесли тело в приёмный покой, поставили на каталку и как с памятника сдёрнули простынку. Врачиха повидавшая на своём веку всякого, увидав «хозяйство» тут же лишилась дара речи. Но быстро справившись с собой и проговорив:
-А что кардинальное решение! Только немного непрожарено и специй нехватает– быстро собрала весь женский персонал травмопункта,
которые в свою очередь достали сотовые и начал фиксацию повреждений, приговаривая: - Хороший урок для моего кобеля!
Да простит меня сотрудник, но тут я уже не выдержал и со стоном повалился на его загипсованное тело. Лишь немного оторжавшись
спрашиваю:
-Слышь, а почему у тебя гипс на рёбрах, а не на яйцах?
На что получаю возмущённый ответ:
- Ты что подумал, что это про меня?? Ну ты даёшь! Эту историю я услышал от соседа «с низу» по купе. Причём рассказывал он так,
что я от смеха «упалподстол»! Да, со второй полки – под столик купе, но не минуя этот самый столик, вот поэтому три ребра
поломаны – грустно закончил дружок, но потом почесал в паху и повеселел почемуто…

Как я стал гинекологом или говно-вопрос
Моя карьера в гинекологии началась с одного интересного случая , о котором я , мои уважаемые читатели, и хочу вам поведать.
Был я тогда , в 1995 году, студентом четвертого курса в Первом Питерском ЛМИ. Моя мечта стать гинекологом рассыпалась на глазах - чтобы попасть на акушерско -гинекологический поток (субординатуру) надо было либо платить денежку кому надо, либо иметь такие
знакомства с кем надо , чтобы одного телефонного звонка было достаточно для зачисления. Либо нужно было так понравиться
профессору Новикову или доценту Яковлеву , чтобы они пропиарили тебя заведующему кафедрой , убедив его в том , что такое юное
дарование как ты, просто необходимо кафедре, гинекологии и науке в целом.
Задача была совершенно невыполнимая. Денег и знакомств не было. Понравиться доценту Славе Яковлеву было еще труднее.
Он был бог оперативной гинекологии. Демон операционной и последняя инстанция в случаях , когда профессора и академики ,внезапно покрывшись мелкими капельками пота орали "Слава! Мойся ! У нас кровотечение!" Слава мылся , неторопливо вразвалочку подходил к
столу и решал проблему.
Худощавый , невысокий с пронзительным взглядом и бородкой клинышком он мне всегда напоминал Джонни Деппа , если последнему
накинуть еще лет 15. В операционной он не делал ни одного лишнего движения и не произносил ни одного лишнего слова. Его
неторопливая манера оперировать вызывала у меня абсолютно щенячий восторг. Это было состояние близкое к тому , когда я, будучи
шестилетним мальчиком, утром первого января нашел под елкой настоящую игрушечную железную дорогу.
Каждое слово , тихо произнесенное им, весило примерно двести килограммов. Медсестры боготворили и боялись Славу Яковлева, все
пациентки от 16-ти летних школьниц до 35 летних бизнес-леди и 60 летних заведующих овощебазами были тайно влюблены в Славу
Яковлева. При слове "Обход доцента Яковлева " каждый вторник , в 10-00 все без исключения пациентки отделения лежали в кроватях, без трусов, в полном макияже и источали сильнейшие парфюмерные ароматы, варьировавшие от "Диора" и "Дживанши" до "Красной Москвы" от смеси которых у анестезиолога Елены Иванны Сысоеой начиналась мигрень...
Интересно заметить, что в другие дни , когда обход делали другие доктора, включая профессора Новикова, ничего подобного не
происходило. Жополизов он не выносил , блатных ужасно гнобил, любимчиков не терпел и подкатить к нему на хромой козе не
представлялось возможным. Но ходили легенды , что если понравиться Славе Яковлеву , то он не только научит тебя божественно
оперировать , но и возьмет на субспециализацию, что и было, собственно, пределом мечтаний.
Я устроился работать санитаром оперблока на отделение оперативной гинекологии.
Специально. Чтобы быть ближе к мечте. Мой оперблок блестел, как флагманский фрегат накануне императорского смотра. Я драил его с остервенением и маленькая надежда , что Божественный Слава Яковлев обратит на меня внимание не давала мне покоя. Однажды Слава
Яковлев, проходя по оперблоку похвалил старшую операционную сестру за идеальную чистоту. "Оперблок - гордость отделения " -
сказал он ей своими двухсоткилограммовыми словами. Та тут же состроила глазки и зардевшись, промурлыкала "Стараемся, Владислав
Геннадьевич !" Обидно было до слез. Но ничего не поделаешь.
И тут , в одно из ночных дежурств, произошло нечто , что сблизило меня с Великим И Ужасным навсегда.
К нам поступила женщина с острым животом и 30 недельной маточной беременностью. Ужасная боль в животе , рвота , электролитные
нарушения, сдвиг лейкоцитов влево, ничего не понятно... ...
Позвали хирургов ... хирурги сказали - "Резать к чортовой матери не дожидаясь перитонита!" Так как тетенька беременная , приняли решение оперировать в гинегологической операционной.
Тут я сделаю небольшое отступление. Есть "чистые" операционные а есть "грязные". В "чистых", как правило , не выполняются гнойные операции и операции связанные с разрезами кишки. Наша гинекологическая операционная была как раз "Чистая" но так как случай был экстраординарный решили использовать именно ее.
Так вот , час ночи. Два хирурга оперируют женщину , Слава Яковлев в ослепительно белом операционном халате стоит наблюдает,
готовый прийти на помощь хирургам. Я в не менее ослепительно-белом халате гордым санитаром , стою на подхвате на случай
"Дай-подай-принеси"
Вскрывают брюшную полость. Аппендикс в норме. Желчный пузырь не воспален. Огромная раздутая кишка , заполненная каловыми массами. Феноменальным количеством каловых масс. Кишечная непроходимость. Ни перекрута ни перегиба ни ущемления кишки так и не нашли.
Хирурги переглядываются. Стало быть- функциональная непроходимость.
Значит, оперировать кишку не надо. Хирурги принимают решение эвакуировать каловые массы через прямую кишку. Живот зашивают.
Хирурги просят шланг и вакуумный отсос. Слава Яковлев обращается ко мне "Молодой человек, принесите шланг и отсос"
Я срываюсь выполнять приказ , но оказалось, что в гинекологической операционной есть только шланги узкого диаметра. Я приношу
шланг диаметром в 1 см. Шланг вставляют в попу - включают вакуукм. Первые два килограмма каловых масс поступают в контейнер.
Слава Яковлев явно раздражен - такого количества говна в этой "Чистой" операционной еще не было!
Тем временем с хирургического отделения подогнали шланг большего калибра и эпопея с эвакуацией каловых масс продолжалась.
Внезапно процесс остановился. Произошла закупорка шланга. Доцент Яковлев вращая глазами поручает мне прочистить шланг. Я иду к
крану , где моются инструменты , начинаю мыть шланг, пытаясь вытряхнуть из него говно.
Вдруг чую за спиной - САМ.
- Твою мать , что ты его трясешь !? Это же чистая операционная!
- Так больше негде , Владислав Геннадьевич!
- Знаю, что негде ! Дай я сам!
Яковлев берет шланг , ловким движением вставляет его в патрубок крана и нервно открывает воду. Происходит взрыв. Все вокруг в
говне. Я, в ослепительно коричнево- белом халате , белые стены предоперационной в коричневую крапинку, доцент Яковлев - вообще
весь в говне, включая бородку клинышком. То есть абсолютно все покрыто фрагментами говна.
Доцент Яковлев посмотрел на меня , на себя в зеркало. Зачем то спросил как меня зовут и скомандовал - "В душ, блядь!"
После душа я и доцент Яковлев , вновь в ослепительно белом белье заняли исходные позиции.
После эвакуации еще 5 кг каловых масс возник дефицит тары. Все пять литровых контейнеров вакуумного отсоса были заполнены говном. Тары не хватало. Было принято решение использовать вакуум по открытому контуру с привлечением подручной посуды. Каловые массы
складировались в тазики , кастрюльки и прочую посуду , найденную в оперблоке.
Вонь стояла невыносимая. Создавалось впечатление "Говенного апокалипсиса". Когда процесс эвакуации каловых масс закончился в
операционной осталось совсем мало людей, да и те время от времени выходили "подышать".
Говно было везде. На полу , на стенах , на потолке. Чистая операционная , гордость отделения превратилась в пещеру из говна. А я был ее почетным Али-Бабой.
Пациентку увезли выздоравливать, хирурги, привычные к говну с флегматичным видом удалились восвояси. Остались двое : я и Слава
Яковлев. Он - потому что заведующий отделением , а я - потому что кто то должен был убирать все это дерьмо.
"Денис , посыпь все хлоркой и иди спать" - сказал Слава Яковлев. Голос его дрожал. "Пиздец операционной! Все плановые операции на завтра отменить ! Завтра вызовем дезинфекцию". На утро зайдя в операционную я обнаружил, что кучки говна засыпанные хлоркой
превратилось в некие сталактиты. То есть окаменели.
Но это была уже не моя проблема. Дежурство закончилось.
С тех пор Слава Яковлев стал замечать меня. Он первым здоровался со мной в корридоре (на зависть интернам!)
Мы вместе ходили курить к нему в кабинет, где он рассказывал байки и однажды даже научил меня вязать хирургические узлы.
Позже ,через год, на экзамене по акушерству и гинекологии , который я сдал на "отлично" он подмигнул мне и спросил , не хочу ли я продолжить обучение по специальности на кафедре.
Так я стал гинекологом. И учеником Славы Яковлева. Благодаря каловым массам, конечно же ...

Понравился пост? Поддержи Фишки, нажми:
0
9
Новости партнёров
А что вы думаете об этом?
Фото Видео Демотиватор Мем ЛОЛ Twitter Instagram
Отправить комментарий в Facebook
Отправить комментарий в Вконтакте
9  комментариев
31
stasjuc 8 лет назад
Чей копирайт? Аффтар кто?
305
tryzhko 8 лет назад
Третья - неплохо. Правда читал уже где-то.
−409
kayaka1 8 лет назад