Истории

25394

Встреча в парке


– Тсс, стой, – Косой слегка толкнул Лысого в бок локтём и поставил бутылку с пивом на скамейку слева от себя. Подвигав её за основание и убедившись, что она не упадёт, он продолжил:
– Давай вон того, – он кивнул в сторону показавшейся из-за поворота парковой дорожки фигуры. Лысый сплюнул на землю, посмотрел вправо, довольно усмехнулся, поведя головой вверх, затянулся остатками сигареты и щелчком отбросил её на газон по другую сторону дорожки. – Угу, – промычал он, всё так же усмехаясь.
Остальные, Фома и Денис, сидевшие на корточках напротив, мельком взглянули в сторону фигуры, не придав ей особого значения. Фома поправил кепку, съехавшую почему-то влево, запрокинув голову, допил пиво, проследил, как пена стекает по темному стеклу, откатил бутылку под скамейку и затянулся Мальборо. Денис продолжал лузгать семечки.
Фигура приблизилась на расстояние двадцати шагов, и можно было увидеть, что это был парень лет восемнадцати, с лицом, будто чем-то озабоченным, и блуждающим взглядом, с тонкими чертами лица, длинными пальцами, аккуратно одетый и причёсанный. Приближаясь к компании, он стал немного сторониться, опустил голову, отводя взгляд в сторону и как будто смотря на встречающиеся ему на пути ветки и шишки, лежащие на газоне.
Первым встал Фома. Он размял кисти, потянул головой влево, потом вправо, разминая шейные позвонки, глубоко вздохнул и глянул куда-то вдаль.
Парень видимо занервничал, на его лице отразилась тревога, взгляд его сначала метнулся на Фому, но, не решившись глянуть ему в глаза, он быстро отвёл взгляд в сторону. Парня и компанию разделяло несколько метров. Он сделал ещё три шага, один короче и нерешительнее другого.
– Эй, пацан, – начал Косой. – Ты с какого района? – Денис, до этого времени сидевший, встал, продолжая с независимым видом лузгать семечки и переминаясь с ноги на ногу.
Парень остановился. На пути его стоял Фома.
Можно было слышать, как парень вздохнул. Он взглянул на Косого и ощутил на себе его усмехающийся, наглый, волчий взгляд.
– Я с Орджоникидзевского, – ответил он и почувствовал, что сказал это, может быть, слишком тихо.
– С какого? – переспросил Косой, повысив тон и чуть подав голову вперёд.
Парень облизал губы и ответил снова:
– С Орджоникидзевского.
Косой немного посерьёзнел и погрознел и продолжил:
– А чё тогда тут делаешь?
Парень вздохнул ещё раз и отвёл глаза в сторону.
– Да чё ты отворачиваешься, я с кем говорю – с тобой?
Парень вновь взглянул на Косого, но промолчал. Косой подождал две секунды.
– С тобой, я спрашиваю? – в его голосе звучала угроза.
– Да, – ответил парень и снова опустил глаза.
– Ну так и смотри на меня, куда ты смотришь? Ну так я спрашиваю, чё здесь делаешь-то, а?
– Учусь я здесь, – парень сглотнул слюну.
– Чё – студент?
– Да. Студент.
– А когда вырастишь, кем будешь?
Парень молчал, напряжённо глядя в сторону.
– Я спрашиваю, кем будешь, когда вырастишь?
– Музыкантом, – ответил он тихо со вздохом.
– О, правильно, – включился молчавший до этих пор Лысый. – Музыкант – это то, что надо. Ты «Владимирский централ» нам зах*ячишь?
Парень опять глубоко вздохнул.
– Да чё ты вздыхаешь, бл*, тебя чё тут – бьют? Я тебя чё – ударил, бл*? Чё ты вздыхаешь? От е**ну – тогда будешь вздыхать, – Косой замахнулся на парня и сделал лицо, будто собирается его ударить, парень инстинктивно отпрянул, но Косой опустил руку и спокойно повернулся в другую сторону.
– Ну так чё, тебя мой кореш спросил – зах**чишь нам «Владимирский централ»? – продолжил он.
– Я классику играю. Косой рассмеялся. Все остальные тоже усмехнулись.
– Так, значит, «Владимирский централ» не можешь. Только классику можешь. А чё тебе – не нравится «Владимирский централ», хуёвая музыка, да?
Парень стоял, опустив голову.
– Ну давай, захуярь нам тогда Баха.
Парень помялся.
– Я на пианино играю, Бах писал в основном для оркестра.
Косой снова засмеялся, в этот раз его поддержал и Лысый, Фома криво улыбнулся.
– Ну чё ты, бля, разводишь, чё ты, бля, разводишь? Ты слышь, Лысый? Бах писал для оркестра!
Косой подошёл к парню вплотную.
– Ты чё нас, братуха, – развести хотел, да? – с этими словами он поднял руку и толкнул его в плечо, от чего тот отступил назад. – Слышь, Лысый, тут этот нас развести хотел!
– Да, бля, парень, накосячил ты! – подытожил Лысый со своеобразной улыбкой. – Ты нас, то есть, за лохов держал, да? Мол, я тут вам «Владимирский централ» не буду играть, я только Баха умею. А с Бахом хуйня получилась, да?
– Я не говорил, что умею Баха, - начал было оправдываться парень.
– Так я чё – пизжу, что ли? – Лысый внезапно посерьёзнел.
– Нет. – Было видно, что он запутался.
– Ну так ты определись, чё ты вообще говоришь, ты за базар-то отвечай! Сказал, Баха умею, давай, хуярь Баха.
– Я не умею.
– Не, ну ты, блядь, пиздец! Ты, бля, музыкант, ты чё, бля, токкату 565-ую не можешь сыграть? Ты чё, бля, никогда не слышал? Тарара, тарарарара-рам. Тарара, тара-рарам. В ре-миноре. Она октавами идёт, правой и левой рукой.
– Гыгы, там ещё шестьдесятчетвертушки идут после тремоло, хуй разберёшь, сколько чёрточек, – вставил своё веское слово молчавший до сих пор Фома.
– А «Хорошо темперированный клавир», а «Искусство фуги», а прелюдии вместе с токкатами? Это Бах для кого писал – для хуя с пальцем? – продолжил Косой.
– Ну прелюдии – это хуйня, это-то каждый умеет, сразу после Собачьего вальса. – Заговорил заодно и Денис, сплёвывая семечки.
– Да, ты б, братуха, «Хорошо темперированный клавир» слышал бы, вот это то, что надо. Хорошо он его оттемперировал! – Резюмировал Фома. – Там такая охуенная хуйня, просто пиздец!
– Дааа, – задумался Косой, – и правда, красота какая! …Эээх, – вздохнул он вдруг как-то свободно, – как там было? Значит, там арпеджио левой, правой. – Он глянул куда-то вдаль, и… руки его забегали по невидимой клавиатуре, перебирая белые и чёрные клавиши, безымянный палец левой руки на началах тактов упруго упирался в басы нижних октав, пальцы правой скользили по клавишам, догоняя набегающие волны арпеджио. Он сыграл несколько тактов и оглянулся по сторонам.
В кустах случайно оказался рояль. Косой подошёл к инструменту, поднял крышку, сел на табуретку, поправил бабочку, фрак, прокашлялся и продолжил. Пальцы его стали извлекать из рояля чудесные звуки, перейдя к более драматической части, он насупился и посерьёзнел, губы его сжимались, что выдавало особое напряжение и сконцентрированность, он больше не сдерживал эмоции и двигался всем телом, перемещая руки из одной части клавиатуры в другую и ударяя пальцами по клавишам вымеренными отточенными движениями, как молоточек ударяет по струне, не обделяя вниманием ни одной ноты и не искажая ни на долю секунды ритма фуги, сплетая звуки в неделимую и неостанавливаемую фразу, мотив, мелодию…
…Артёма выдернул из сна звонок, внезапно раздавшийся где-то за дверью и оглашавший всё здание. В голове ватными облаками стала всплывать реальность. «Опять заснул на паре», – подумал он. – «Второй раз за неделю». Он долго и сладко зевнул, протирая глаза и осматриваясь по сторонам, с приятной мыслью о том, что наконец-то можно идти домой. «М-да, ну и сны мне снятся», – пронеслось у него в голове, когда он вспомнил о Косом, Лысом и других персонажах. Он вышел из аудитории, щурясь электрическому дневному свету, неспеша спустился по лестнице на первый этаж, придерживаясь за лакированные перила, вышел на улицу и зашагал к остановке. Выйдя из внутреннего двора и пройдя улицу, он повернул направо и зашёл в парк, через который проходил его путь. Он шёл небыстро, размышляя о чём-то своём и не глядя по сторонам. Пройдя до середины парка, он повернул влево, следуя за дорожкой. Впереди, невдалеке, на скамейке, сидели два парня в кепках, спортивных костюмах и кроссовках, а напротив них на корточках – ещё двое: один с бутылкой пива и сигаретой в руках, другой с пригоршней семечек. Через несколько секунд один из них встал, размял кисти рук и потянул головой влево и вправо, разминая шейные позвонки…
© ЫЫЫ
Сага о Винни-Пухе

Прежде всего должен сказать - читающий это должен думать о сказке А. Милна. В крайнем случае о советском мультике. Валлиец Аллан Милн, уроженец западной окраины кельтского мира, вложил в свой роман глубокий инициатический мессадж, уходящий корнями в друидическую традицию, а уроженец восточной окраины той же Кельтики, галициец Хитрук, не менее гениально этот месседж уловил, отразив один из ключевых моментов романа в своем мультфильме - точнее, трех мультфильмах - вспомним знаменитые кельтские триады..
Диснеевскую же профаническую попсу - забудьте, как страшный сон!!! По крайней мере, до конца прочтения этого материала.
Итак, всмотримся в героев. Кто перед нами?
Решительный, деятельный, но не слишком вдумчивый ("в голове моей опилки - да-да-да!") медвежоное Винни Пух.
Он шумит, рвется в бой, он распевает хвастливые стишки собственного сочинения и в огромных количествах потребляет мед.
В кельтской традиции медведь - символ касты воинов. Кельтские воины шумят, кричат, бахвалятся, рвутся в бой, распевают стихи собственного сочинения, как правило, посвященные себе любимому, в огромных количествах потребляют хмельной мед.
Рядом - неприметный Пятачок. Но не стоит обманываться! На самом деле - он проводник и где-то наставник Винни Пуха
Вепрь, кабан - в кельтской мифологии символ друида, жреца.
Воин и поэт Винни-Пух желает захватить мед. Для этого ему необходимо овершить восхождение на выокое дерево. Я думаю, искушенные в мифологии читатели уже догадались, что дерево - это Мировое Древо, а мед - суть Мед Поэзии, столь желанный стихотворцу. естественно, попытка добиться Меда самостоятельно оканчивается полным крахом, и тут Винни спешит к такому, казалось бы, слабому и неприметному Пятачку - без него наш воин-медвежонок не в силах вскарабкаться на Древо. Именно Пятачку принадлежат средства подъема в верхний мир, закодированные в образе воздушных шариков.
И вот тут-то и есть один из глубоких моментов данного фильма.
Цвета "шариков" - это цвета двух младших друидских орденов - синий, цвет ордена Бардов или Поэтов, к которому, судя по расцветке покрытых клановой клеткой штанов, принадлежит сам Пятачок (Пух, как и, зачастую, кельтские воины, ходит без одежды), и зеленый, цвет знахарей-Оватов.
Орден Оватов ниже ордена бардов, и начаткам поэзии обучаются там. Винни следовало бы выбрать именно его. Но, как и всякий культский герой, медвежонок одержим гордыней. Он ухватывается за более престижный синий шар, воображая себя уже если не состоявшимся Бардом, то готовым принять это звание и желая ассоциироваться не с древесным листом, находящимся по середине между небом и землей, а с небом.
Перед экспедицией Винни покрывает себя ритуальной окраской, как и любой отправляющийся в поход кельтский воин. Выдавая себя за тучку, он аппелирует к покровителю воинов - громовержцу Таранису.
Но фатальная ошибка уже совершена - и горделивый герой терпит поражение в столкновении с суровыми Хранителями Меда. Спуститься назад ему помогает тот же Пятачок, как видим, до конца исполняющий свою роль проводника.
Простой урок этой истории - в том, что воину не должно вторгаться в сферы, где вся его неукротимая витальность не компенсирует тихой и скромной мудрости неприметного внешне друида.
Кролик во втором мультике - Бо Айре, третье сословие, обязанное кормить не только скромных друидов, но и прожорливых воинов.
Однако если воин злоупотребляет право кормления, то может попасть в "безвыходное положение".
А теперь третий, он же последний мультик.
история о печальном ослике Иа, потерявшего хвост в терновнике и проводящем дни в скорби о несовершенстве мира, к которому никто не приходит на день рождения и не приносит подарки...
К чьему символизму относятся образы терна и осла - думаю, напоминать не надо. В средневековой Ирландии, до ее окончательного обращения, отношения между христианской и языческой общиной были сведены к минимуму. В частности - с христианами не обменивались дарами.
И вот воинское сословие (Винни) "убеждает" остальных друзей прийти на праздник к Иа. хотя в кельтских землях и не было "крещения огнем и мечом" в том объеме, в котором это произошло на Руси и в других европейских странах, но воинское сословие все же приняло христианство в числе первых и способствовало его распространениюю.
Сам он приносит горшок. Горшок, столь большую роль играющий в мире Винни - это, безусловно, волшебный кельтский котел изобилия, трансфорировавшийся в Средневековье в Грааль. Он символизирует богатство - как духовное, так и земное, материальное. Однако мед из горшка выедает сам Винни - ехидный намек на то, что короли и воины крещеных кельтов не слишком спешили делиться со своей церковью материальными благами. Бард Пятачок прниносит зеленый шарик Овата - но шарик лопается, и более непригоден для вознесения в Верхний Мир. Дух из друидических обрядов и текстов, переданных христианству, улетучился,остались только формы - но Иа и тем доволен.
Кролик же праздник саботирует - как и везде, крестьянство примыкает к новой вере последним.
Вот только Сова, загадочная... точнее загадочный Сова... Кто он? Судья-бреггон? Высший друид? Или Верховный Царь? В чем символизм хвоста, потерянного Иа в терновнике, прикрепленного к колокольчику Совой и им же Иа возвращенного?
32 минуты

Сусальное золото лилось в окно офиса. Это свидетельствовало о том, что пройдет еще 1-2 часика, и по всем западным канонам начнется weekend. Можно неторопливо растянуть на шее ненавистный галстук и шаркающей походкой-"моузи" направиться в любимый «О Браенс». Хотя, нет...
Нет. Как ты можешь идти в «О Браенс», когда за стеной сидит и сопит милое создание по имени Наташа в ожидании конца второй недели своего пребывания в нашем офисе!? Тем более, директор я, али не директор!? Тем более никого больше в офисе нет: все торопливо смылись «по срочным делам». Вранье, конечно…
Наташа выглядела (или хотела выглядеть) очень «по-офисному» (как ей казалось) и потому, собрала светлые волосы в кок на затылке, выставила грудь в узком сером пиджачке и нацепила на нос прямоугольные очочки в пластиковой оправе. Вообщем, как в порнофильме…Тина Кароль,блин.
Я красиво, от бедра, прошелся перед ней взад-вперед. Потом резко повернулся, навис над ней на руках и произнес:
- Наташа, можно вас трахнуть?
Наташа сложила губки «уточкой»,как это делала певица Валерия в клипе «Таю» и наивным ребенком посмотрела на меня. Ее глазки, с чистыми голубоватыми белками, так бы и вывалились из орбит, если бы не пружинки, удерживающие их в голове…
- Что?
- Я просто хотел поинтересоваться, можно ли вас трахнуть?
- Э-э
- Трахнуть. Вас.
- Как трахнуть?
- Ну так. «Трахнуть». Как люди трахаются.
- Максим Николаевич… - прошептала юная сотрудница и посмотрела на меня испугано и напряженно, как малолетка,которая пришла по объявлению, типа, на фотопробы, а оказалось, что тут снимают хард-кор с двойным проникновением.
- Видите ли, Наташа, я давно на вас смотрю, – уселся я одной булкой на ее стол, - Вы красивая и умная девушка, но держитесь как-то сковано. Вот я и подумал: «конец недели – вы – трахнуть»!
- Вот так просто?
- Ну да.
- Ну, знаете ли…
- Да вы не пугайтесь. Я ведь не хочу сделать вам больно или обидеть вас. Я хочу вас всего лишь трахнуть.
Напряженное моргание продолжалось 1-2 минуты..
- И вы всем так открыто предлагаете?
- Нет. Только тех, кого действительно хочу трахнуть.
- Ага..
- Ну и...
- Я не такая…
- А какая?
- Если «трахнуть» предполагает «секс», то для секса должна быть, хотя бы причина. Например, желание…симпатия…любовь
- А зачем так глубоко?! Симпатия-любовь. А как же физиология-здоровье-антистресс? Я не посягаю на ваши чувства или, не дай Бог, любовь. Я просто хочу вас трахнуть.
- Трахнуть. Трахают проституток! А я девушка нормальная. И что за слово вы употребляете, - "Трахнуть"! Нет других слов? - резко сказала Наташа и не обиделась.
- Простите.
- Ничего.
- В современных отношения все так быстро, - сокрушенно прощебетала она, - никакой тебе романтики. Ни цветов, ни красивых слов, ни закатов, ни Днепра…
- Есть конфеты… в холодильнике...
- Конфеты? Вы меня покупаете за конфеты?
- Я просто подумал вот что: ребята часто дарят цветы, конфеты, закаты-рассветы, Днепр, чтобы потом уломать на секс. Тобиш, девушки берут оплату как бы наперед. Проститутки же берут оплату после. То есть, если разобраться, нет абсолютно никакой разницы.
- Ну, не знаю…
- А что тут знать? Молодой симпатичный человек предлагает вас трахнуть… Вы конечно подумайте, Наташа. Все таки пятница…
Я специально делал ударение на слове «трахнуть». И не называл сие никак по другому, как только так.
- А если пятница – так что? Нужно обязательно пить и кого-то «трахать»?
- Да нет. Просто.
- А вдруг кто-то войдет?
- Никто.
- А вдруг?
- Да ни никто не войдет?
- А ваша жена?
- Я разведен. Да и причем тут жена? Можно подумать,что моя жена когда-то приезжала в 17.00 под окна офиса и забирала меня домой?!
Наташа посмотрела мне в глаза и вытянула на столе перед собой, мне на встречу, правую руку в белом манжете. Все… По всей науке это жест означает точку «Ч». Женщина готова к прикосновениям. Она сама вызывает тебя на это.
- Наташ..
- Ммм?..
- Ну так как?
- Что?
- Ну как, что?! Я ведь ту сижу не просто так. У меня цель вас трахнуть.
- А если я скажу нет?
- А вы скажете?
- Скажу.
- Говорите.
- Какой быстрый!
- Не быстрый, а конкретный.
- Да!
Директор поднял перед собой левую руку. Глянул на часы.
- 32 минуты. Спасибо Наташа. Можете идти домой…
© Т-1000

Понравился пост? Поддержи Фишки, нажми:
1
5
Новости партнёров

А что вы думаете об этом?
Фото Видео Демотиватор Мем ЛОЛ Twitter Instagram
Отправить комментарий в Facebook
Отправить комментарий в Вконтакте
5  комментариев
367
Nerpaya 8 лет назад